– Так ты… возвращаешься? – Милена замерла, выпрямив спину.
– Возможно, вы захотите посетить наш мир, леди? – вежливо поинтересовался Даниэль, и Милена резко обернулась, уронив ложку.
Эмилия тоже уставилась на Даниэля. Это же замечательно, если сестра будет рядом!
– Возможно, – тихо ответила Милена, подняла ложку и бросила ее в мойку.
– К сожалению, забрать обеих сразу я не смогу. Но я вернусь, обещаю.
– Буду ждать.
Эмилии показалось, Даниэль только что сделал Милене предложение, а сестра пообещала подумать. И почему она так легко читает все в чужих взглядах и жестах, а в собственной истории так и не может разобраться?
– Как там… Ло?
– Между прочим, неважно. – Даниэль неохотно повернулся к Эмилии. – Не хотел говорить, чтобы это не стало решающим фактором, но чудовище без тебя тоскует и почти ничего не ест. До утра точно не помрет, но в перспективе лучше бы ты была рядом с ним.
– Мне разорваться, да? – Эмилия почувствовала, как к горлу подступают слезы. – Между прочим, меня еще никто остаться не просил.
– Если мой брат будет настолько глуп, что откажется от тебя, а твоя сестра проявит благора-зумие и выйдет за меня замуж, ты можешь жить с нами. И чудовище себе заберешь, разумеется.
Эти слова были произнесены так спокойно и прозвучали так обыденно, что Эмилия вдруг поняла – ее жизнь уже никогда не будет прежней. Да и Миленина, пожалуй, тоже. И дело не в другом мире, не в обязательствах и привязанностях. Просто теперь они с сестрой нужны еще кому-то, а не только друг другу.
– А сюда можно будет возвращаться? – Эмилия подумала о тетушке, оставить ее без поддержки на старости лет было бы черной неблагодарностью.
– Межмировой барьер может отказать в перемещении, – честно ответил Даниэль. – Но для этого нужна веская причина. Например, после магического лечения. Или во время болезни или беременности.
– Беременности?..
Эмилия как раз собиралась купить тест и проверить, не ждет ли она ребенка от Мартина. Получалось, не ждет. Иначе ее не выпустили бы из того мира.
– Угу. Накормят меня уже в этом доме или нет?
– Почти все готово, – отозвалась Милена.
– Имейте терпение, ваша светлость, – улыбнулась Эмилия.
Она закончила резать салат, заправила его сметаной – настоящей деревенской, тоже привезенной от заботливой тетушки, – и накрыла на стол. По герцогским меркам получилось скромно, но зато вкусно. Даниэль уплетал за обе щеки и мясо с молодой картошечкой, и салат из свежих овощей, и оладьи со свежей клубникой.
Пока он ел, Милена постелила ему в гостиной. Даниэль уснул, едва голова коснулась подушки, а сестры вернулись на кухню.
– Мила, прости…
– За что, глупая?
– Мы снова расстанемся.
– Ненадолго. Он же не обманет, правда?
– Нет. Если Даниэль пообещал, так оно и будет.
– Значит, нет причины грустить. Тебе нужно собраться.
– Зачем? Барьер не пропускает почти ничего. А одежда и эта сойдет. Хотя нет, пожалуй, надену рваные джинсы и майку с черепом.
– Ой, Миль, а у тебя там правда корсеты и кринолины?
– Почти. Корсет мягкий, ты же помнишь, у меня фобия. Так муж расстарался, специальный заказ, между прочим. Кринолины есть, но они под бальное платье. А его еще шьют на королевский бал.
– Тебя пригласили на королевский бал?
– Мартина. А меня в качестве диковинной обезьянки. Представление жены мастера-мироходца высшему обществу.
Эмилия скривилась, а у Милены загорелись глаза.
– Ох, я бы тоже хотела.
– Думаю, у тебя впереди много балов. Даниэль занимает высокий пост при короле. Noblesse oblige.
– Положение обязывает?
– Верно. Будешь ты у меня герцогиней.
– Миль…
– А?
– Ты думаешь, я легкомысленная? Недавно еще был Марк, а сейчас…
– Ничего я не думаю, – перебила сестру Эмилия. – Между вами искры трещат, только слепой не заметит.
– Ох, Миля… У меня аж коленки подгибаются от его взгляда.
– Желаю вам счастья, Мила.
Сестры до вечера просидели на кухонном диванчике: то разговаривали, то молчали, прижавшись друг к другу. Эмилия так и не решила, что скажет Мартину. Главное – доказать, что он не виновен, а там уж как получится.
Даниэль скептически оглядел наряд Эмилии и приподнял бровь:
– Ты настаиваешь?
– Еще как. Пусть убедятся, что я из другого мира, а не из подвала, где меня держали вза-перти.
Как и обещала, она нацепила черные рваные джинсы и черную майку, но не с черепом, а с розовой надписью «Я-то блондинка! А у вас есть алиби?» В комплекте – босоножки на высоком каблуке и сумка-планшет через плечо.