— Откуда ты… — начала она, но я ее перебил.
— Неважно, откуда я знаю. Важно то, что я ищу союзников. Или, по крайней мере, тех, кто может поделиться знаниями. Магия вейл… она ведь не только в очаровании, не так ли? В ней есть и другая, более темная сторона-.
Флер долго смотрела на меня, ее взгляд стал задумчивым.
— Ты очень странный, Гарри Поттер, — наконец сказала она. — Не такой, как другие. В тебе есть… тьма. И отчаяние.
— В каждом из нас есть тьма, Флер, — ответил я. — Вопрос лишь в том, как мы ее используем.
Она не согласилась мне помогать открыто. Но она дала мне несколько намеков, указала на некоторые редкие книги в библиотеке Шармбатона (делегация привезла с собой часть своей библиотеки), посвященные истории и магии вейл. И, что самое главное, она познакомила меня со своей младшей сестрой, Габриэль, когда та приехала навестить ее перед Первым Испытанием.
Габриэль была еще ребенком, но в ее огромных синих глазах уже читалась мудрость и сила, присущая вейлам. Она, в отличие от своей старшей сестры, отнеслась ко мне с каким-то детским любопытством и доверием. Мы провели несколько часов, разговаривая о магии, о Турнире, о страхах. И Габриэль, сама того не ведая, дала мне ключ к пониманию некоторых аспектов магии вейл — их связь с природой, с эмоциями, их способность влиять на разум и чувства других. Это были не Темные Искусства в чистом виде, но это была магия, основанная на инстинктах, на древней, почти первобытной силе. И она могла быть не менее опасной.
Мои «странные знакомства» с вейлами не принесли мне конкретных заклинаний или артефактов. Но они дали мне нечто большее — понимание того, что магия многогранна, что существуют силы, выходящие за рамки стандартных классификаций «Свет» и «Тьма». И что иногда самые неожиданные союзники могут оказаться там, где их меньше всего ждешь.
Приближался день Первого Испытания. На этот раз я чувствовал себя иначе. Я не был так напуган, как раньше. Во мне жила холодная, звенящая пустота, которую Снейп назвал бы «контролем над эмоциями». Я знал, что меня ждет дракон. Я знал, что должен выжить. И я был готов использовать любые средства для достижения этой цели. Даже если для этого придется погрузиться во тьму еще глубже. Даже если придется пожертвовать остатками своей души.
Мой дневник смертей лежал под половицей, ожидая своей следующей записи. Но на этот раз я был полон решимости сделать все возможное, чтобы эта запись не появилась. Или, по крайней мере, чтобы она была написана не моей кровью.
Глава 6. Второй раунд
Первое испытание осталось позади, как дурной, кровавый сон, из которого я, на удивление, вышел живым. Уроки Снейпа, его жесткая, циничная философия Темных Искусств, помноженные на те крупицы древней, инстинктивной магии, что я почерпнул от Габриэль Делакур, сослужили свою службу. Венгерская Хвосторога не сожрала меня на потеху толпе. Вместо жалкого «Глациус Дуо» или комичного «Инсендио» я использовал серию быстрых, дезориентирующих проклятий, которым научил меня Снейп — заклинания, вызывающие временную слепоту, оглушающие звуковые удары, иллюзорные помехи. Это не было элегантно. Это не было героически. Но это сработало. Я сумел отвлечь драконицу достаточно надолго, чтобы вырвать золотое яйцо, получив при этом лишь несколько царапин и очередной заряд адреналина, который еще несколько дней гудел в крови.
Победа? Едва ли. Скорее, отсрочка приговора. Снейп, конечно, не выказал и тени одобрения, лишь скривил губы в своей обычной презрительной усмешке, когда я, измотанный, явился на очередной ночной «урок».
— Выжили, Поттер? Какая жалость. Я уже почти поверил, что избавлюсь от вашей надоедливой персоны. — Но в его темных глазах я уловил что-то вроде… застарелого любопытства. Возможно, он не ожидал, что его методы окажутся столь эффективны на «золотом мальчике Гриффиндора».
Золотое яйцо. Я открыл его под водой в ванной старост, как и советовал «канонический» Седрик (хотя в этой реальности я дошел до этого сам, перебирая варианты). Песня русалок поведала о том, что нас ждет во Втором испытании: спасение чего-то «дорогого» со дна Черного озера в течение часа.
Черное озеро. Его темные, холодные воды всегда вызывали у меня смутное беспокойство. Теперь оно должно было стать ареной для моего следующего испытания. И интуиция подсказывала, что это будет не просто плавание наперегонки. В глубинах этого озера таились существа, о которых большинство студентов Хогвартса предпочитали не знать.