Время тянулось медленно.
Родригес неуверенно посмотрел на сидевшего со стеклянными глазами Уизерспуна. Инженеру, казалось, ничто не было интересно, словно бы страх загнал его сознание так глубоко, что оно уже не могло выбраться. Всегда разговорчивый Дерек вот уже долгое время сидел молча, не проронив ни слова.
Энрике перевёл взгляд на девушку, которая прислонилась к столу, напряжённо думая о чём-то своём, и тихо спросил:
— Кейт?..
— Да? — так же негромко отреагировала она.
— Можно задать тебе вопрос?
— Конечно, Энрике. — Девушку слегка улыбнулась, но улыбка получилась заметно вымученной.
— Капитан… Между вами есть что-то?..
— О Боже, нет!.. Нет, конечно! С чего ты взял?.. — Брови Кейт нахмурились, а её большие глаза уставились на молодого человека.
— Просто я… — Родригес снова покосился на застывшего Уизерспуна, который не выказывал никакого интереса к диалогу. — Я слышал, как он тебя называет… Кейти… Видел, как он на тебя смотрит…
— Оу… Ну это… Просто его… стиль… Между нами абсолютно ничего нет. И быть не может…
Энрике замешкался, пытаясь решиться на что-то. Наконец он произнёс:
— А между…
— … Я тут подумала… — в то же самое мгновение начала Кейт. — Ой, прости, что ты сказал?..
— Нет, нет, ничего… — Молодой человек окончательно стушевался и предпочёл не возвращаться к затронутой было им теме. — Что ты начала говорить?..
— Я тут подумала… — Кейт, нахмурившись, уставилась в пол. — Ещё когда мы входили в медотсек… Мы привезли на планету бокс… В нём же люди…
— Да… — растерянно подтвердил Энрике.
— Не важно, что здесь случилось… На станции они оставаться не могут… Разумеется. А в их капсулах оставалось мало газовой смеси и питательных веществ для внутривенных инъекций… Нам необходимо забрать этих людей отсюда.
— Да, всё верно…
— Но… На борту тоже нет припасов для капсул…
— И это… верно… — Погрузившегося было в размышления Родригеса отвлёк замигавший красный индикатор под одним из мониторов центральной консоли.
На него отреагировал и Уизерспун, очнувшийся от оцепенения и медленно выпрямившийся в своём кресле.
Лампы в помещении внезапно замигали и резко набрали яркость. Коллеги вынуждены были прищуриться, когда свет ударил в их привыкшие к темноте глаза.
Зашумели компьютеры, ожили мониторы, засветились датчики и тумблеры.
С металлическим скрежетом поднялись ставни за панорамными окнами позади операторских кресел главной консоли, от неожиданности заставив людей оглянуться. За стеклом всё ещё была песчаная буря, однако Кейт и Родригес отметили, что она немного утихла, и что на поверхности планеты стало чуть светлее. Либо тучи немного рассеялись, либо медленно приближался восход звезды.
Все двери в центр управления станицей с шипением и клацаньем одномоментно открылись, за каждой из них стали видны помещения и коридоры разной степени освещённости. Под потолком загудела центральная вентиляция.
Мёртвая станция ожила.
Как и Уизерспун, увлечённо принявшийся набирать на клавиатуре команды.
Кейт и Энрике встали с двух сторон от него и следили за мигавшей на зелёном мониторе информацией.
— Разве тебе не нужен пароль для входа в систему? — спросила навигатор.
— Жёсткая перезагрузка сбрасывает все пароли. — Инженер кивнул в сторону боковой консоли. — А ключ-карту кто-то заботливо оставил вставленной.
— Почему не было электричества?
— Реактор остановился… — Уизерспун не отрывался от ввода команд. — Судя по всему, это произошло из-за его перегрева… Отключилась система охлаждения… Сейчас он постепенно выходит на расчётную мощность, и температуры пока в норме… Не знаю, что случилось…
— Расскажи нам о событиях на станции, — произнёс Родригес.
— Так… Доступ с мейнфрейму есть… Но… — Инженер перебирал возможные варианты обращения к центральной базе данных. — Либо там нет упоминаний о случившемся… Либо я неправильно его опрашиваю…