Вот и в клане Риядлид существовала подобная программа. Ведь такое большое количество жен – это ведь не только и не столько его прихоть и традиция, сколько попытка воспроизвести очень умных руководителей клана. У Дахара Сармлида природный уровень интеллекта составлял двести семьдесят три единицы, а у его жен – минимум двести, что давало надежду на получение перспективного потомства.
Увы, но вопреки ожиданиям очень немногие дети унаследовали столь высокие характеристики, как у своих родителей. Большинство плавало в пределах ста пятидесяти единиц интеллекта, как тот же Эльд Амкар, – хороший показатель, если судить по среднему уровню основной массы населения в девяносто-сто единиц, но хотелось большего. И лишь одна из дочерей перевалила за триста. Но она пошла по пути биолога и теперь изучает всю живность на той самой планете, откуда прилетел Эльд Амкар. Это сулило большие возможности в фармакологии. Собственно, первые результаты уже есть, и ими пользуется сам глава клана. Теперь, чтобы разобраться со звездными вратами, требовался еще один такой гений, но увы. Опять же, пока он выучится, пройдет очень много времени, так что требовался уже готовый претендент.
Заглядывать на рабский рынок глава клана даже не стал. Уже один интерес к рабам со столь высокими показателями интеллекта привлечет к нему ненужное внимание. Да и не могло быть в открытой продаже такого редкого товара. Рабов со столь высоким интеллектом скупают на корню за бешеные бабки крупные корпорации из центральных миров еще до торгов. Собственно, даже «двухсотки» являлись редкостью на торгах.
В идеале было бы найти среди своих, и Дахар Сармлид сделал соответствующий запрос. Нашлось несколько племянников, внуков и правнуков с интеллектом в районе двухсотпятидесяти единиц.
«Мало… Слишком много времени потребуется, чтобы сделать из них специалистов необходимого уровня, даже если они не будут вылезать из разгонных медкапсул, – с сожалением отметил глава клана. – А затягивать нельзя…»
Дахар недовольно поморщился. Шпионы конкурентов рыскали вокруг его клана, пытаясь понять, куда пропадают несколько кораблей, дескать, вдруг с этого получится что-то поиметь. Постепенно они подбирались к заветной тайне все ближе и ближе. Так что рано или поздно кому-то могла улыбнуться удача, как при этом ни запутывай маршрут корабля, а потому система с бункером Древних может стать общеизвестной и за нее начнется драка. Союзники, конечно, найдутся, но с ними придется делиться, чего не хотелось бы.
«Конечно, звездные врата есть, скорее всего, и у других планет, но как узнать точно, что система не пустышка? – подумал Дахар Сармлид. – В то время как в системе с бункером Древних точно известно, что звездные врата там есть…»
Главе клана очень не хотелось, выражаясь образно, складывать все яйца в одну корзину, но выбора не оставалось.
В конечном итоге из-за дефицита времени он все же принял решение положиться на привлеченного специалиста.
«Все равно придется искать союзника, ибо такой куш клану не удержать – размажут, те же корпоранты, связанные с перевозками, – подумал он. – Но прежде чем искать союзника, нужно иметь на руках хоть какие-то козыри для торговли, а значит, вся сеть звездных врат должна быть полностью под моим контролем».
20
Первый выход в бункер вымотал Роева до предела, как в физическом, так и в эмоциональном плане. Тем более что этот рейд несколько затянулся и вместо плановых пяти суток продлился все семь, хотя и пяти дней для первого раза было явно с избытком. Но жаловаться на «нарушение» трудовых условий было некому.
По возвращении на базу Владислав, едва скинув с себя броню и сполоснувшись в душе, целые сутки просто провалялся на койке, не реагируя на внешние раздражители. Хотелось просто отключиться, что, собственно, и сделали сразу по прибытию остальные члены группы, в том числе командир, закинувшись дурью. Роеву тоже предложили данный способ ухода от реальности, но он все же смог отказаться. Даже не столько смог, сколько просто пропустил это предложение мимо ушей.
Правда, если признаться самому себе, то он не знал, на сколько его еще хватит.
«Вполне возможно, что я сгину раньше, чем пущусь во все тяжкие, – подумал он вяло. – Ведь ни один выход на задание не обходится без потерь, как в этот раз были потеряны сразу двое, причем опытных, бойцов, спускавшихся в бункер больше десятка раз. Что уж говорить обо мне?»