Пирлан недовольно поморщился. Жертва оказалась гораздо серьезнее, чем предполагали.
– Вперед…
Впрочем, охотники пробежали за удаляющейся тучей насекомых всего с дюжину пролетов, когда рой, жужжащий впереди, вдруг как-то разом рассосался. Твари осели на растительность, какое-то время недовольно и нервно двигались, щелкали жвалами, вступали в схватки друг с другом, после чего успокоились и стали вести себя как ни в чем не бывало.
– Он направил нас по ложному пути, – догадался Пирлан, когда они пробежали еще с десяток лестничных пролетов в надежде, что противник окончательно сдал и именно поэтому рой распался, но нет, впереди оказалось пусто. – Возвращаемся, нужно найти его след.
45
«Подловили все-таки, несмотря на все мои способности…» – зло подумал Роев, сплевывая кровавую слюну. Владислав угодил в засаду, несмотря на все меры предосторожности, и это чуть не стоило ему жизни.
Вот уже пару недель, как он перестал пользоваться транспортом. Увы, но длительные разъезды по бункеру в поиске необходимых видов тварей, а также реагирование на вторжение чистильщиков, сожрали большую часть горючего. Осталось совсем немного топлива, которое Роев определил в НЗ. Но поскольку на своих двоих по бункеру не набегаешься, то в качестве транспорта он определил одного из крамбов и, как результат, стал представлять собой отличную мишень.
«А будь я в броневике, вряд ли бы меня подстрелили, – подумал Владислав. – Хотя это еще бабушка надвое сказала. Если честно, меня удивляет тот факт, почему меня до сих пор не подорвали на мине, ведь сложного в ней ничего нет. Хотят взять живым? Как-то сомнительно…»
Только лишь то, что Роев подспудно в последнее время ожидал какой-то пакости и потому постоянно находился в настороженном состоянии, помогло избежать немедленной смерти. Щелчок ударного механизма он услышал совсем не своими ушами, а чувствительными сенсорами окружающих тварей, коих уже чисто рефлекторно Роев брал под контроль в зоне охвата своих ментальных сил. И уходить с возможной линии огня стал задолго до того, как осознал, что он, собственно, услышал, – чистый инстинкт. И это его спасло.
Пуля, с силой кувалды ударившая в плечо по накладке самопального доспеха, закрутила Владислава и швырнула на пол, а дальше на него обрушился свинцовый град. Чисто рефлекторно Роев послал малого дозорного крамба в атаку на первого стрелка и создал тучу из насекомых, после чего стал отступать.
Охотники почти не ощущались в ментальном плане, то и дело вовсе пропадая «с экрана пси-радара», и Владислав натравливал тварей лишь своей волей чисто визуально. Впрочем, такая пси-невидимость объяснялась больше эмоциональным и физическим состоянием самого Владислава, он то и дело терял концентрацию от боли.
Обстрел не прошел для него без последствий. Минимум две пули пробили его доспех, который Роев слепил себе из панцирей тварей. Одна пуля впилась в правую ногу выше колена, еще одна влетела в левый бок, еще течет кровь по затылку – касательная рана, ну и контузия.
Прорвавшись сквозь заслоны, перебив некоторое количество врагов, Роев уходил в глубины бункера. Ему срочно требовалось заняться собой.
«Впрочем, еще ничего не закончено, – подумал он. – Оставленные в заслоне крамбы перебиты, а следовательно, посланные по мою душу охотники победили и наверняка продолжат преследование».
Роев на ходу принял несколько таблеток-стимуляторов и прямо через дырку в комбинезоне – точно в рану – вколол противошоковое, после чего, на минутку остановившись и затаив дыхание, ввел в рану на боку иглу со специальным препаратом и выдавил его внутрь. По идее он должен остановить кровь. Но силы все равно быстро покидали Владислава. Мысли стали путаться, а это говорило о сильной кровопотере.
«Остается только надеяться, что препарат сделал свое дело и остановил внутреннее кровотечение, – с надеждой подумал он, – при этом внутренние органы повреждены не сильно, потому как без квалифицированной медицинской помощи это гарантированный амбец, с этим я уже точно ничего не смогу сделать».
– Только бы не потерять сознание… Стоит отключиться, и все – меня, потерявшего контроль, тут же сожрут…
Едва удерживаясь на максимально быстро перемещающемся ездовом крамбе, благо у него ход ровный, словно колесный, несмотря на препятствия, Роев закладывал петли, путая след, меняя как штольни, так и сектора, то поднимаясь, то спускаясь.