– Черт, черт, черт… – глухо ругался Владислав. В голове мутилось, чувствовал он себя словно пьяный, ни на чем невозможно сконцентрироваться, хочется вырубиться из-за подкатывающей общей телесной слабости, но нельзя. Где-то поблизости бродит охотник, пришедший по его голову, а Роев все никак не мог решить, оставаться ему здесь и ждать врага в засаде или же нужно уйти и попытаться подловить охотника, в свою очередь став охотником на охотника?
Мысли возникали самые разные, и Владислав не мог их оценить на реалистичность из-за своего измененного сознания. Его мозг явно утратил критичность мышления. Роев лишь и осознавал, что из-за своего состояния решение может быть принято в корне неверное, и едва сдерживал первые порывы.
Сколько он провалялся в таком состоянии, неизвестно, но, в конце концов, тряхнув головой, Владислав собрался с мыслями и понял, что сидеть в модуле опасно, всего одна граната – и его в нем зажарят.
«Ну или оглушат, – подумал он. – Все-таки один выстрел я, наверное, как-нибудь переживу, если, конечно, не детонируют боеприпасы».
– Кстати о детонации…
Его взгляд упал на емкость с топливом. Взрыв убить не убьет, но отвлечь может… а тут уж главное самому ушами не хлопать.
Он открыл люк и осторожно вытолкал канистру наружу, предварительно внимательно осмотревшись, но ничто не указывало на то, что рядом кто-то есть. Дело в том, что водная поверхность покрыта какой-то мелкой растительностью, и при движении за тобой остается легко видимый след, что рассасывается минут за десять-пятнадцать.
– Этот след, кстати, может выдать меня с головой. Или послужить отличной приманкой… А можно подняться наверх. Там мы долго можем друг за другом охотиться.
«Нет, наверху я, пожалуй, даже в менее выигрышном положении, чем здесь по пояс в воде, – перебирал варианты Роев. – К тому же не уверен, что у меня осталось много времени. После ранения мне нужно отлежаться, как любому нормальному раненому человеку, а тут приходится носиться по коридорам, как бешеному кролику, а организм-то не стальной… начинает сдавать».
Из оружия Владислав взял пулемет. Его тоже осторожно вытолкал наружу. В его состоянии это самое то, выдаст такую стену огня, что ничто не уцелеет.
После чего сам стал выбираться из модуля, и тут-то его и накрыло. В глазах помутилось до абсолютной черноты. Роев неловко взмахнул руками, скидывая с крыши модуля как канистру с топливом, так и пулемет, а сам рухнул обратно в модуль.
– Дело дрянь…
Всплеск канистры вышел очень шумным. Но если шум мог затеряться и сразу не понять, откуда он пошел, то вот волна, хоть совсем слабенькая, едва заметная, все же вышла за пределы комнаты и создала угрозу обнаружения.
Собравшись с силами, Владислав сделал еще одну попытку вылезти наружу. В воду он, вновь не удержавшись из-за остро стрельнувшей в животе боли, буквально плюхнулся, пусть и не так шумно, но все равно пустил еще одну демаскирующую волну.
Погрузившись по горло, Роев стал шарить в поисках пулемета. Канистра с топливом немного отплыла в сторону, и до нее уже было не дотянуться.
Нашарив наконец пулемет, Владислав подтянул его к себе и положил на вытянутые ноги, оставшись сидеть в воде и прислонившись спиной к модулю. Навалилась дикая усталость. Началось головокружение.
«Похоже, у меня жар, – подумал он. – Что ж, сие не сильно удивительно…»
Не было сил, чтобы даже укрыться за модулем, выход из комнаты находился прямо перед ним. Но все же, пересилив себя, он пополз в «мертвую зону». Снова обессиленно припав к модулю с другой стороны, Роев почувствовал, что ему катастрофически не хватает воздуха. Уже мало что соображая, он скинул шлем и мутным взором попытался найти причину неприятности.
«Так и есть, фильтры плотно забиты этой ряской», – быстро обнаружил он причину недостатка воздуха.
Поменять фильтры дело двадцати секунд, но Владиславу уже откровенно стало на все пофиг. Шлем выпал из рук и, чуть покачиваясь на воде, отплыл в сторону.
– Кыш, тварь поганая, – сплюнул Роев в сторону плывущей к нему жирной пиявке. На ментальный удар по ней уже просто не было сил, да и не реагируют они на ментальное воздействие, проверено, так что Владислав даже не пытался. Пиявок Роев, мягко говоря, не любил. Его от одного их вида начинало выворачивать. Даже от земных. Черные, склизкие твари, бр-р… А уж местные это вообще что-то с чем-то! К счастью, пиявка, видимо осознав своим заменителем мозга, что ее раздавят с особой жестокостью, сменила курс.
49
Пирлан осторожно выглянул в коридор из зала. К счастью для него, поблизости больше не было никаких тварей и, судя по всему, больше не будет. Его чутье охотника об этом четко говорило. Вокруг вообще было очень тихо, даже мелких тварей, что вечно копошатся в зарослях, почти не видно, все притихли, словно перед бурей.