повреждение контейнера может привести к аннулированию контракта
— Серьёзно? — я, не прекращая махать ломом, бросил взгляд на коробку. — А то, что меня сейчас загрызут — это поощряется?
Мобы, почуяв возможность, часть сил перекинули на контейнер. Они начали облеплять его, скрести корпус, пытаться вгрызться.
В голове вспыхнула тихая, холодная ярость. Я, человек с ником «КрутойНоль», оператор роя из одной единицы, стою в ржавых доках, отбиваюсь от этого мельтешащего мусора, который хочет сожрать коробку с моей надежой. И мой главный инструмент — кусок арматуры. А система пишет мне про «критически важные компоненты».
команда: воробей. свет. на корпус контейнера. непрерывно.
Драк послушно опустился, упёр луч света прямо в коробку, превратив её в яркую мишень в полутьме. Мобы на ней зашевелились беспокойно, но не отступили.
Я не стал кричать. Я просто развернулся и, сделав короткий разбег, пнул контейнер изо всех сил. Тот, облепленный тварями, тяжело покатился по полу и ударился о стену в дальнем углу. Несколько мобов слетели. Остальные на мгновение замерли в непонимании.
Этой секунды хватило. Я увидел слева полуоторванную панель, из-под которой выбивался пар. Кабель управления. Аварийный сброс теплоносителя. Хрен знает что.
Возможность.
Я подбежал, ухватился за край панели, упёрся ногой в стену и рванул на себя. Мускулы спины жалобно скрипнули. Металл заскрежетал, потом сдался с сухим треском.
Из открывшегося техотсека ударила плотная струя перегретого пара с едким химическим запахом. Было горячо, больно для кожи даже на расстоянии и невыносимо громко.
Мобы, попавшие под прямой поток, дёрнулись и затихли, их корпуса зашипели. Остальные, с ослепшими датчиками, перегруженные шумом и температурным скачком, рванули прочь. Не как разумные существа. Как автоматика, получившая команду «избегать зону повреждения». Они рассыпались по щелям, поползли в вентиляцию, отступили в темноту.
Я стоял, опираясь на колено, лом тяжело висел в руке. В ушах гудело от шума пара, лицо и руки горели. В груди колотилось сердце, выбивая простой ритм: «жив, жив, жив».
Интерфейс мигнул без всякой торжественности.
угроза нейтрализована
получен опыт: 15 (за косвенное воздействие на среду)
груз: повреждён. наружная оболочка: царапины, вмятины. внутреннее содержимое: не затронуто.
Я подошёл к контейнеру, перевернул его. Замок треснул. В щели показался предмет. Я поднял его. Маленькая, герметично запаянная упаковка. На этикетке:
«Экстракт водорослей Spirulina-Gamma. Для опытов по культивированию. Не пить. Не вдыхать. Немедленно доставить в лабораторию 7.»
Я уставился на эту упаковку. Потом на свой интерфейс с его «критически важные компоненты». Потом на лом и щит. Потом на Воробья, который мирно парил рядом, будто только что не участвовал в самом идиотском побоище века.
Я моргнул.
Не было просветления. Не было истерики. Чувствовал сейчас только усталость и осадок на зубах. Я запихал упаковку обратно, взгромоздил ящик на спину, почувствовав, как ноет плечо.
команда: воробей. следовать. дистанция 5 метров.
Драк беззвучно занял позицию позади, его свет теперь освещал мне путь назад.
Я пошёл. Думая о том, что следующий контейнер может быть тяжелее. А мобов — больше. И что дубина — плохой аргумент в мире, где у всех остальных есть настоящие аргументы. И что эти 105 кредитов должны будут купить что-то лучше, чем ржавая арматура.
Я дошёл до точки Б-7. Это был такой же заброшенный терминал. Вставил контейнер в приёмник. Тот проглотил его с недовольным хрустом.
Интерфейс ожил.
контракт «доставка» выполнен.
время: 13:22. оценка: удовлетворительно.
награда: 120 кредитов зачислена.
штраф за повреждение груза: -15 кредитов.
итого: +105 кредитов.
А потом, мелким шрифтом: