Потому что если это игра, то правила в ней пишет тот, у кого самый большой пулемёт. А у меня пока нет даже палки. Но это не значит, что я не могу найти палку. Или сделать её. Или научиться бить так, чтобы пулемёты оказались бесполезны.
Я посмотрел на свой ник в интерфейсе: «КрутойНоль».
— Пока что ты просто ноль, — пробормотал я. — Но это поправимо. Всё поправимо. Даже эта… эта цифровая белиберда, в которую я попал.
Я встал, отряхнулся и пошёл к выходу с периметра. Мне нужно было найти способ заработать. Без дрона. Без оружия. Без всего. Только с мозгами и 15 кредитами в кармане.
Потому что цена ошибки оказалась слишком высокой. И я не собирался платить её дважды.
Глава 8 — Возврат и рынок
Шлюз выдохнул меня обратно на станцию, и первое, что я увидел, был свой собственный интерфейс. Он висел перед глазами, как счет из коллекторского агентства.
возврат в нейтральную зону подтверждён
потери: 1 единица роя
штраф: начислен
— Отлично, — пробормотал я, протискиваясь мимо таких же помятых новичков. — Я не умер. Фантастические новости. Плохие новости — я теперь должен за то, что не умер. Обратная арифметика идиотизма.
Я заставил заткнутся свой начавший было снова ныть внутренний голос. Но вместо нытья мой мозг тут же переключился на брюзжание.
«В обычной игре, если тебя убили на старте, ты просто респавнишься и идешь бить крыс. Крысы! Проклятые грызуны дают пять опыта, десять монет, и ты качаешься. Здесь что? Здесь первый же урок стоит денег. Где мои стартовые крысы? Где хоть одна курица, которую можно зарубить деревянным мечом? Нету. Вместо этого — минус в кошельке и чувство, что тебя только что обобрали, но ты еще и должен благодарить».
Мне хотелось заорать. Или пнуть что-нибудь. Но пинок, скорее всего, тоже стоил бы кредитов. Штраф за порчу имущества системы. Минус десять за пыль, поднятую с пола. Минус пять за несанкционированную эмоциональную разгрузку.
Я двинулся по коридору, чувствуя себя не героем, вернувшимся с поля боя, а расчётчиком, который только что обнаружил дисбаланс в квартальном отчёте. И дисбаланс этот был в пользу чёрной дыры под названием «Система».
Станция не изменилась. Те же серые стены, тот же мерцающий свет, те же торопливые фигуры в комбинезонах и начальной броне. Но теперь я видел не просто коридор. Я видел слой.
Интерфейс, до этого послушно показывавший только стрелки и самые базовые статусы, вдруг расцвёл. Нет, не красиво. Не эпично. Он просто… стал подробнее. Как будто кто-то повысил мне разрешение реальности с «эконом» до «минимально приемлемо».
Полупрозрачная схема наложилась на стену. Линии коридоров, пересечения, помеченные зоны. Одна из них мигала тускло-жёлтым в стороне от основных маршрутов.
карта доступна
режим: локальный
обнаружена зона: нерегламентированный товарообмен
«Нерегламентированный товарообмен». Официально-деловой колорит, будто протокол о нарушении санитарных норм в общепите. А по-простому — чёрный рынок. Или серый. Или просто место, где тебя облапошат чуть медленнее, чем терминал системы.
Я поплёлся туда, не особо надеясь. Мои кредиты светились в углу глаза цифрой 15. Пятнадцать. За эти деньги в нормальном мире можно было купить разве что пачку дешёвых чипсов и бутылку воды. Здесь, судя по всему, можно было купить разочарование и осознание собственной нищеты.
Зона оказалась не похожей ни на что виденное ранее. Это был широкий техотсек, загромождённый контейнерами, обрезками труб и кабелей. Народу было много, но стояли они не в очередях. Они торчали там группами, поодиночке, прислонившись к стенкам. Никакой суеты. Никакого ора.
И только теперь я разглядел детали. У одного в руках — корпус драка. Не активный, не парящий. Просто кусок композита, который он демонстративно протирал тряпкой. У другого на раскладном столике лежали модули связи — три штуки, все в царапинах. Третий что-то горячо, но беззвучно, жестикулируя, доказывал четвёртому, показывая на интерфейс.
Торг. Настоящий, живой торг.
«Ага… — мысленно протянул я. — Вот ты где, экономика с человеческим лицом. Вернее, с лицом, полным здорового цинизма».