Глава 2.
Мэрид ненавидела вентиляции. Старые ржавые кишки былой цивилизации, которые гарантировали новый день в жилых отсеках. Особенно ненавидела после того, как голодные роевые особи рискнули использовать их, чтобы напасть. Тепло и органическая пыль привлекали насекомых на уровне инстинктов. Лезть туда — самоубийство, но Юн был одним из немногих, кто согласился быть ответственным за них.
— Идешь, после сигнала. Скажу «молчать» — молчишь , — парень закрепил налобный фонарик, снимая сумку с плеч.
— А оно точно не рухнет? — конструкция выглядела как самый надежный способ улететь в шахту.
— Рухнет. Здесь все рухнет, но, возможно, не сегодня.
Искусственный свет проявил ржавые стены в белых грибных нитях, в воздухе стояла и мерцала пыль — опасное сочетание, без защитной маски. Подобно светлячкам, она уходила в пропасть — сердце системы. Споры, металл, органика — всё поднималось в высоту с каждым движением, словно угрожая осмелевшему человечеству. Юн стучал по балкам, вслушивался в ответные звуки, помечал сомнительные символами, понятные лишь техникам.
— Шаг за шагом, Мэрид, точно за мной. Я не буду тебя выковыривать, если слетишь.
— Да-да, я в курсе. Звенит — все окей. Звучит глухо — не двигайся, сдохнешь. Мы все слышали это на уроках Лэйва, — нервный голос девушки отразился от стен и вызвал шум впереди.
— В тот раз…
— После него я и убедилась, что ты тут главный. Хорош уже.
Плечи дернулись, вспоминая падение в жижу из тухлой воды и спор, и если бы не помощь Юна…
Техник повязал узкий кусок ткани на запястье.
— На удачу? — усмехнулась спутница, отряхивая зеленую пыль с плеч.
— Чтобы не прозевать первую секунду, если воздушный поток изменится, — улыбка Юна была еле заметной, пока тот не встретил испуганный взгляд собеседницы, которую выдал, лишь шумный вздох, — Можно считать нашей удачей, да.
Слабый удар кулаком в плечо парня — попытка вернуть контроль.
— Пошли уже, мне еще этого гребанного енота тащить.
Юн сделал первый шаг.
Цепкий взгляд чёрных глаз прошёлся по отметкам. Он помнил их лучше лица матери. Крест — ржавь, что утянет на дно. Круг — ещё держится. Но самое сложное — не понимать символы, а проверить их снова. Воздух был прохладным, скисшим, и слегка сладким от грибниц на стенках. Мэрид двигалась медленно, помня о том, что старый металл лучше не «будить» вибрацией, даже говорить можно, лишь пока не достигнешь тесного коридора. Но пока… была возможность отвлечься перед адом на поверхности. Нор притих в клетке, пока, пригибаясь, девушка сделала шаг после сигнала руки парня.
— Знаешь, остаться в отсеке и подождать, пока они сдохнут от голода — неплохая идея, — её голос прозвучал выше обычного, заставив Юна шикнуть.
Послушав отзвук от поверхностей, после удара, он выдохнул:
— Я тоже так думал, пока они не стали жрать друг друга. Слабеют, но всё ещё недостаточно.
В их головах пронеслись воспоминания о сотнях тысяч колоний, которые размножались быстрее, чем хлопнуть.
— Если они всё ещё держатся, зачем идут на то, чтобы обмениваться с нами? Ещё и втюхивать нам нейтрализатор? — она ответила чуть тише, помня злой взгляд Юна.
— Без понятия, Мэри, но это важная хрень. Знали, что согласимся.
Оба замерли, пока техник проверял движение воздуха.
— Важная? Да ты гонишь! Это шанс прожить больше тридцатки.
— Если так и будешь таскать им зверье и бегать наверх, то тебе и это не поможет, — рука в перчатке легла на стенку, протирая поверхность от спор, пока свет выявлял оставленные другими людьми знаки.
— Чёрт! – ругательство вышло резким, вызывая стон вентиляции впереди. — Дальше нельзя, теперь нет.
— Какого… — её вопрос прервал скрип в глубине конструкции.
Юн вытянул шею, подсвечивая то немногое во тьме, что позволял увидеть фонарик, но услышал, лишь зловещий звук — сдвиг.
Девушка не успела сделать вдох для нового вопроса, когда увидела резкий взмах руки техника, что означало одно: «заткнись или умрём». Этот жест всегда наводил ужас и заставлял дыхание стать менее частым. По тому, как парень замер и даже не смотрел на нее, по спине прошёл холодный пот. Если нельзя даже говорить, это значило одно — обвал секции.
Воздух стал неприятно душным.
Вентилятор прекращал свою работу.
Нор стал беспокойным от нахлывнувшего тепла, и клетка затрещала от его суеты.
Ей захотелось задушить его прямо сейчас, но нельзя было добавлять лишней вибрации — только не без разрешения Юна.