Глава 1
Я всего лишь пошутила.
Высказала вслух глупую, сиюминутную мысль, сама над ней посмеялась и сразу забыла.
А Стер, зараза такая, нет.
– Мой тебе подарочек, Адди, – хохотнул братец и за плечи меня приобнял.
Вероятно, на случай, если я, подобно жеманным лирам, сползу в картинный обморок.
Или, как в детстве, с кулаками на него кинусь, невзирая на разницу в росте, возрасте и физическом превосходстве.
– Сама сказала, в куклы ты не наигралась, мягких игрушек не натискалась…
– Я пошутила, Стер, – пролепетала я.
– Зато теперь сможешь исполнить мечту. Наиграешься в своё удовольствие, натискаешься… во всех смыслах, – и брат на редкость похабно мне подмигнул.
– Но…
– На вот, бери и пользуйся, – Стер подпихнул меня в спину, а сам отступил.
Нежданный подарок стоял, вытянувшись в струнку, и смотрел прямо на меня – и словно сквозь меня. Взгляд его не выражал ровным счётом ничего, он был столь же пустым, плоским, будто у настоящей куклы. Подарок не так высок, как мой долговязый брюнетистый братец, и на вид казался не старше. Чёрные пряди падали на холодную маску абсолютной покорности, намертво прилипшую к печальному лицу. Умеренная щетина и опущенные уголки тёмных карих глаз ничуть не портили его общей привлекательности, светло-серые штаны и куртка стандартного образца не скрывали линий идеально вылепленного мускулистого тела. Из-под расстёгнутого воротника-стойки подмигивала россыпью разноцветных огоньков металлическая полоса ошейника.
Раб.
На межгалактической станции «Мэджик» добра этого было в достатке – рабы на самый взыскательный вкус, разного возраста, комплекции, внешности, способностей и расы. В основном, мужчины, но и женщин продавать не брезговали, пусть бы не распространялись об этом нюансе широко. На «Мэджике» можно приобрести если не всё, то многое, развлечься в своё удовольствие самыми невообразимыми способами и получить услуги любого спектра, однако ореол весьма специфической славы станция заработала именно за счёт продажи рабов. Нахождение в аномальной зоне в нейтральном секторе делало «Мэджик» фактически недосягаемым для длинных рук Межзвёздного Союза Равных и укрепляло неиссякаемые потоки проходящего через станцию живого товара.
– Продавец заверил, что кукла выдрессирована идеально, умеет угождать хозяйке, владеет полезными в быту навыками и в совершенстве обучена искусству ублажения, – Стер потыкал в панель своего ау-браслета, и тот протестующе запищал.
– Кукла?
– Продавец назвал его куклой. Сказал, что определение это лучше отражает суть его товара.
Звучит одинаково мерзко, как ни посмотри.
Зачем я вообще чушь эту ляпнула?
В куклы, видите ли, не наигралась. Будто они меня сильно интересовали в детстве.
– Подожди, сейчас я тебе инструкцию скину, в ней есть код доступа к управлению…
– К нему прилагалась инструкция?! – опешила я.
– Конечно. Вдруг в физиологии имеются кардинальные отличия от известных хозяйке.
Я попыталась поймать взгляд мужчины передо мной. Даже руку подняла и поводила раскрытой ладонью перед его лицом.
Безуспешно.
Словно не живой человек, дышащий, думающий, а синтетик в неактивном режиме.
На моём ау-браслете загорелся жёлтый огонёк, сигнализируя о поступивших данных.
Не глядя нажала «принять» и обернулась к брату.
– Давай его вернём.
– Что?
– Вернём его продавцу.
– Нет.
– Да, Стер.
– На каком основании, Адди? Если кукла принята в надлежащем виде, и покупатель нареканий не имеет, то товар обмену и возврату не подлежит. Так в договоре написано, – брат потряс перед моим носом рукой с широкой серебристой полосой браслета. – Ты вообще знаешь, какую кучу кредитов я за него отвалил?
– А я тебя об этом просила?
– Ты сказала…
– Я пошутила! Ерунду сболтнула, понимаешь? Чушь, глупость, блажь! Хрень сморозила!
Потому что смотреть на рабов, выставленных за чуть трепещущим силовым барьером, имитирующим витрину магазина, оказалось куда неприятнее, нежели я ожидала. И я поспешила сделать вид, будто меня это не касается и никогда не коснётся. Отвернулась, вздёрнула носик повыше и сказала… то, что сказала.