– Обыкновенно.
– Значит, скучно. Обычно с родных планет улетают не от хорошей жизни.
Скользя взглядом по залу, я зацепилась за пару за одним из соседних столиков. Она роскошная молодая женщина, он идеально сложённый привлекательный мужчина, сидящий на полу у её ног. И необычное положение его, и выставленное напоказ полуобнажённое тело, и металлическая полоса ошейника недвусмысленно свидетельствовали о его статусе раба.
– Моя планета тоже дыра дырой, пусть и входит в МСР. Поэтому при первой же возможности я оттуда свалил.
Женщина иногда касалась острым носком туфельки покорно сложенных на коленях мужских рук, и раб вскидывал голову к хозяйке, заискивающе смотрел в холеное лицо. И всё же в откровенно раболепном взоре его не было пустоты, он ясен, осмыслен. Я мало внимания уделяла здешним невольникам, не присматривалась к ним больше необходимого, но очевидно, первоначальное состояние Теса было ненормально даже для раба.
Да и голоса в голове качество товара улучшить не могли.
– Вы ведь не сёстры? – неожиданно спросил Эйс, кивая на Ливию.
– Нет, – я заставила себя отвлечься от чужого раба.
Эйс вместе со стулом придвинулся ближе ко мне, по примеру Дайны понизил голос.
– Может, развлечёмся?
– Что?
– Втроём, – Эйс положил ладонь мне на коленку, погладил. – Я, ты и твоя подружка.
Мы с Ливией ошалело переглянулись. Стер и Дайна не столько разговаривали, сколько шептались, сблизив головы и спрятав руки под столом. Судя по улыбкам и змеиным извивам тел предложение снять номер набирало актуальность.
Я пододвинула свой бокал с недопитым коктейлем к краю столешницы и опрокинула. Остатки зелёной жидкости потекли со стола ровнёхонько на брюки Эйса.
Жаль, коктейль холодный. С горячим напитком было бы занимательнее.
– Какого… – он дёрнулся и руку с моей ноги убрал.
– Стер, я возвращаюсь на корабль, – громко сообщила я и встала. Ливия подскочила следом.
– Я тоже.
– Адди, ты чего? – брат оторвался от лобызания лебяжьей шеи Дайны, глянул на меня непонимающе.
– Удачного всем вечера, – я решительно направилась к выходу.
Ливия пошла за мной.
По пути я поймала осторожный взгляд исподлобья. Хозяйка бдительно пихнула раба носком туфли в бок, и глаза он послушно отвёл, голову опустил, но огонёк лёгкой заинтересованности от меня не укрылся.
Заинтересованности окружающим миром, похвастаться которой Тес не мог.
Глава 4
Тес не помнил, когда в последний раз спал. Провал в бездну обычно таковым и виделся – погружением в бездонную тьму, где существовало лишь эхо бесчисленных голосов. Наверное, он и раньше спал, физически не мог бодрствовать столько времени, но в той мутной, вечно колеблющейся луже, в которую превратилась его память, не сохранялось ни отражения снов, ни самого ощущения, что он спал.
Просыпался и чувствовал себя отдохнувшим.
Бодрствовал в течение какого-то времени и снова испытывал потребность поспать.
Нынешний провал был не столько неожиданным, сколько обидным.
Прискорбным, как матушка сказала бы.
Подойти так близко… ещё немного, и удалось бы снять ошейник… но чёрный зев провала разверзся раньше, дохнул затхлостью неотвратимости. Щупальца голосов схватили, оплели и потянули во тьму.
Кажется, это его состояние напугало Ариадну. Вместо наказания она уложила его в постель, словно заболевшего ребёнка. Будто бы не всё равно, в каком месте проваливаться, на полу, на кровати или среди космической пустоты.
Затем Ариадна ушла.
Обещала скоро вернуться и ушла.
Куда? Тес не знал.
Он погружался во тьму и слушал голоса. Нельзя их вовсе не слышать, но можно не различать отдельные, не пытаться вычленить знакомые. Тогда они звучат фоном, чересчур назойливым, громким порой, однако почти уже привычным.
Потом Тес заснул.
Не затерялся во тьме, как бывало обычно, но именно заснул.
А когда проснулся, то не сразу понял, что вообще спал.
Мягкий приглушённый свет озарял пространство каюты, бесхитростную её обстановку и Ариадну, стоящую возле открытого шкафа. Тес видел узкую обнажённую спину под вуалью золотистого шёлка распущенных волос, округлость ягодиц, обтянутых короткими бежевыми шортами, длинные стройные ноги. Ариадна надела просторную тёмно-красную футболку, высвободила волосы и обернулась к нему.