Я сбегаю от собственного раба. Не знаю, создаёт ли такая моя позиция впечатление, будто хозяин положения Тес, а не я, числящаяся его госпожой, но я себя хозяйкой не ощущала. Я не знала, что делать с рабом, как себя с ним правильно вести, и мечтала лишь об одном – оторвать братцу ту пустую головёшку, что заменяла ему нормальную голову.
Приняв душ и переодевшись, я спустилась в столовую, наскоро перекусила и предупредила Ливию, что ухожу. Та проворчала что-то в адрес Стера и спросила, беру ли я с собой раба.
Не беру.
Всяко не туда, куда пойду.
День и ночь в секторе размечались интенсивностью подсветки сводов, жизнь же в его галереях и коридорах никогда не замирала полностью. В часы, которые с изрядной долей натяжки можно назвать утренними, живые потоки на галереях поредели, часть развлекательных заведений закрылась. Сверившись с картой сектора для гостей, загруженной на аушку, и проложив маршрут до места назначения, я отправилась туда, куда возвращаться не собиралась.
К инструкции по эксплуатации куклы прилагалась пометка, где и у кого она куплена. Найти нужный магазин труда не составило, Стер оригинальностью в этом вопросе не отличился и раба приобрёл ровно на той галерее, по которой мы проходили днём ранее.
Той самой, где я так необдуманно пошутила.
Торговых точек по продаже живого товара здесь хватало, витрины и голографические вывески предлагали ассортимент столь широкий, что горькое омерзение смешивалось с немалым удивлением.
Гуманоидные формы.
Негуманоидные.
Мужчины на вкус и цвет.
Существа вида столь необычного, что определить их половую принадлежность было затруднительно. Впрочем, данные на голоэкранах утверждали, что представлены исключительно мужские особи.
Рабы для постельных утех, полезные в быту, телохранители, бойцы, даже учителя и специалисты в самых неожиданных сферах.
Существа малой формы, чьё предназначение стать экзотической домашней зверушкой для того, кто их купит.
В прошлый раз мы со Стером ходили по этой галерее недолго и вскоре перешли на другую. Я не особо смотрела по сторонам, избегала приглядываться к рабам в витринах, зато сейчас, когда я шла одна, неспешным шагом, никто не мешал впечатляться и ужасаться что представленному разнообразию, что масштабу, что самому факту продажи живых, разумных существ.
Наконец справа появилась вывеска с надписью «Кукольный дом». Я свернула к магазину, остановилась перед витриной. Голубоватый силовой барьер слабо мерцал, позволяя в подробностях изучить стоящих на невысоких белых тумбах рабов. Их трое, на каждом знакомый ошейник и набедренная повязка стилизацией под глубокую древность. Взгляды пустые, устремлены в никуда, на лицах маска усталой отрешённости. Меня рабы словно не замечали. Я шагнула к двери, и створка бесшумно отъехала в сторону. Едва я переступила порог, как передо мной возникла голограмма молодой светловолосой женщины.
– Добро пожаловать в «Кукольный дом», дорогая госпожа, – улыбаясь чересчур широко, нарочито благожелательно, отчего улыбка эта казалась неестественной, приклеенной, голограмма церемонно раскланялась.
Я двинулась в глубь небольшого светлого зала. У дальней стены белый язык короткого подиума, убегающего под тяжёлый бордовый занавес, вокруг мягкие бежевые кресла и низкие круглые столики между ними. В самом зале рабов нет, только выставленные на обеих витринах да изображения, сменяющие друг друга в пёстрой карусели на экране на другой стене.
– Я Суна, ИИ-консультант, отвечу на все ваши вопросы, – голограмма поплыла вслед за мной. – В нашем уютном домике вас ждут куклы, способные удовлетворить любой, даже самый изысканный вкус. Наши куклы идеально выдрессированы, умеют угождать хозяйке и в совершенстве обучены искусству ублажения во всех его формах. Желаете посмотреть каталог, дорогая госпожа? Или вы предпочитаете сразу перейти к показу?
– Недавно в вашем магазине была приобретена кукла, – начала я.
– Есть претензии по качеству товара? – раздражающая улыбка исчезла с полупрозрачного лица.
– Я хотела бы узнать поподробнее вот об этом… об этой кукле, – я открыла инструкцию и повернула руку так, чтобы консультант могла считать с голосетки данные Теса.
Светлые голубые глаза на мгновение налились яркой синевой и потухли, вернулись к исходному блёклому цвету.