Хэнк не уехал, пока за нами не закрылась дверь, и мы не оказались в фойе.
Между нами повисло молчание. В спальне Ли расстегнул браслеты универсальным ключом.
Как только он бросил их на комод и повернулся ко мне, я скрестила руки на груди, выпятила бедро и сказала:
— Все еще злишься на меня?
Он проигнорировал мою воинственную позу, которая недвусмысленно говорила каждому другому мужчине, которого я знала, «держись подальше». Но не Ли, он подошел ко мне и положил руки мне на бедра.
— Нет.
— Тогда в чем проблема?
Он ответил без колебания, и это прозвучало как чистая правда.
— Я злюсь на себя за то, что так отреагировал на твои безобидные слова и оставил тебя без защиты.
Мгновение я пялилась на него, скрывая удивление, а затем сказала:
— Хорошо. Теперь, когда все улажено, я иду в душ.
Хватка на моих бедрах усилилась, его глаза сузились. Настала его очередь мгновение пялиться на меня, а затем он произнес:
— Я так понимаю, меня в душ не приглашают.
Я отстранилась от него.
— Нет.
Вымыв голову, я разглядывала свежие порезы и синяки, позволяя воде стекать по телу.
Выйдя из душевой кабинки, я, к своей досаде, обнаружила, что не захватила с собой одежды. Пришлось взять с крючка на задней стороне двери светло-голубой хлопчатобумажный халат Ли. Туго обмотав его вокруг себя, я надежно его завязала.
Я вошла в спальню, Ли лежал в постели, прикрывшись простыней до пояса, его грудь была обнажена. Он читал. Хотите верьте, хотите нет, но вот он я, небрежно лежу в постели и читаю книжку.
Р-р-р.
Если бы у меня было что-то в руке, я бы запустила этим в него. Вместо этого я направилась к своей сумке и принялась рыться в ней в поисках нижнего белья. Найдя трусики, я выпрямилась и взглянула на Ли. Он отложил книгу и лежал на боку, подперев голову рукой, наблюдая за мной.
— Надевать их — напрасная трата сил.
Я послала ему свой лучший ледяной взгляд, повернулась к нему спиной и нацепила трусики.
— Инди, поговори со мной, — сказал он со вздохом.
Я повернулась и уперла руки в бока.
Он хотел, чтобы я говорила? Тогда я скажу.
— У меня было некоторое время подумать, когда меня похитили, заковали в наручники и привязали к стулу, а затем еще в приемной больницы. — Я лгала о том, что думала во время похищения, но ему не нужно было этого знать. В любом случае, это делало мое шоу более драматичным. — Этим утром ты сказал Хэнку, что у тебя есть клиент. Я думала, ты имеешь в виду меня, но я ошибалась, не так ли?
Ли продолжал наблюдать за мной.
Тогда я продолжила.
— Дело в том, что, когда все это началось, ты был в Вашингтоне, и Элли сказала, что ты не должен был вернуться. А потом, совершенно неожиданно, ты возвращаешься и узнаешь о бриллиантах. Но к тому моменту ты уже знал обо всем.
Он продолжал наблюдать за мной.
Я перешла в обвинительный режим.
— Ты вернулся, чтобы найти бриллианты. У тебя другой клиент. Ты работаешь на кого-то другого.
Ли приподнялся на локте.
— Умная девочка, — пробормотал он, затем похлопал по кровати перед собой. — Иди сюда, позволь мне объяснить.
Ха! Пусть и не мечтает.
— Ты зашел в квартиру, и я практически доставила тебе бриллианты на блюдечке, приведя с собой Рози. Затем ты попытался вымогать у меня секс в качестве оплаты за работу, за которую тебе уже платили, когда мужик с бриллиантами лежал на твоем диване!
— Инди…
Я оборвала его.
— Не нужно никаких объяснений Ли, я сплю на диване, а завтра еду домой. Мы закончили. Точка.
На этом я раздраженно вышла из комнаты, включила в гостиной свет и схватила пульты дистанционного управления. Мне потребовалось десять минут, чтобы разобраться, как ими пользоваться, еще пять, чтобы установить таймер на телевизоре, и десять, чтобы найти что-нибудь посмотреть. Я выключила свет и устроилась поудобнее.
Все это время через открытую дверь спальни проникал свет, но Ли не издал ни звука. Это разозлило меня еще больше. Через пять минут после начала телевизионного шоу в спальне погас свет. Мой гнев достиг неизведанных высот. Спустя пять минут я поняла, что, услышав «точка», у Ли не возникло с этим проблем.
Ладно, отлично, замечательно, меня это вполне устраивало.
К счастью, день выдался довольно тяжелым, как никак, второе похищение и стрельба.
Не говоря уже о второй эмоциональной драме с Ли.
Несмотря на то, что разум лихорадочно работал, тело ломило от недостатка адреналина. До того, как телевизор перешел в спящий режим, я уже плыла по стране дремоты. Выключившийся телевизор разбудил меня. Я не испытала слишком сильного раздражения, поскольку не полностью проснулась: на три четверти спала и на четверть дремала.