– Привет, – сказал он.
– Привет… – озадачено протянула Кира. – Туалет дальше по коридору. Следующая дверь.
Парень хохотнул.
– Я – Илья, – сказал он и ловко присел на соседний стул – как будто всё время там и сидел. Один локоть его оказался на гримёрном столе, и стоило ему наклониться, как Кира отчётливо ощутила вторжение в своё личное пространство. Она почему-то не могла понять, нравится ей это или нет. – Будешь со мной?
– Что?.. – Кира от неожиданности выплюнула на пол настой. Закашлялась. Наглый незваный Илья заботливо постучал её ладонью по спине.
– Будешь со мной петь? – терпеливо пояснил он. – Я ищу вокал. Ты мне подойдёшь.
– Прости, – Кира с каким-то даже любопытством посмотрела на него. – А что ты можешь предложить? Ну, кроме своих распрекрасных глаз и заботливой руки.
– Свободу, – Илья улыбнулся, и Кира обнаружила, что эта улыбка действует на неё волшебно. От неё проходит усталость, и даже голос перестаёт саднить. Илья же пожал плечами, откинулся назад и продолжал: – То, что вы играете – полное дерьмо.
– Спасибо, – сказала Кира, которой, в общем-то, тоже не очень нравилась эта музыка. Но, по крайней мере, она знала кто её играет и зачем. – А ты необыкновенно мил.
Илья огляделся по сторонам. Отодрал приклеенный к зеркалу стикер с чьим-то номером телефона, перевернул пустой стороной вверх и начирикал несколько слов. Взял Киру за руку и вложил бумажку в её ладонь, а потом насильно сжал её пальцы.
– Приходи к нам завтра к двум часам.
Он встал и пошёл к выходу, оставив Кире возможность ошарашено взирать на него и пытаться понять, кто же это, всё-таки, был такой.
Глава 2
Естественно, Кира по адресу не пришла. Она как засунула стикер в нагрудный карман косухи, так больше и не доставала. А наутро вообще приняла душ и надела белую блузку, потому что в её студенческой среде рок-атрибутика не очень-то котировалась. Кира этой двойственности особо не стеснялась, она легко лавировала между мирами, в которых существовала, умела найти общий язык и с отцом, и с однокурсниками, и с музыкантами из группы. А на попытки наезда или критики реагировала равнодушным пожатием плеч – мол, не стоит ваше мнение того, чтобы я ради него меняла свою жизнь.
Пары в субботу у неё шли с раннего утра и до вечера – оставалось только гадать, кто в деканате страдал склонностью к садизму. Кира и так-то не очень понимала, почему должна реагировать на подначку едва знакомого парня по имени Илья, а тем более, не собиралась ради него пропускать занятия.
В половину третьего у неё начиналось окно, во время которого студенты обычно тусовались в недорогой кафешке напротив здания консерватории. Кое-кто стоял возле выхода и курил, но Кире это, естественно, не подходило – она к своему голосу относилась серьёзно. Оставалось заказать чай, сесть за стойку возле окна и медленно потягивать его из чашки, наблюдая, как проносятся мимо машины, а люди входят и выходят в здание училища. Можно было ещё почитать к семинару, но Кире не хотелось. Она поздно легла спать, рано встала и чувствовала себя немного осоловело.
Поэтому, когда прямо перед её носом возникла плохо расчёсанная черноволосая голова, Кира даже не удивилась. Просто решила, что спит.
Какое-то время она смотрела в чёрные глаза Ильи и пыталась понять, почему ей так не даёт покоя этот человек. Вчера перед сном она долго думала об этой случайной встрече, вместо того, чтобы переваривать впечатления от концерта или, тем более, мысленно готовиться к завтрашнему дню. Сегодня утром, пока она стоял в битком набитом автобусе, её тоже терзали мысли о дурацком предложении.
«Я ему подхожу», – думала она. «Нет, правда, я тебе подхожу? Я? А ты подходишь мне?»
К сожалению, автобус не хотел отвечать.
Когда Кира сидела на занятиях по сольфеджио, полоски нотных станов расплывались у неё перед глазами и, вместо исписанной бумаги, она постоянно видела перед собой правильное лицо с заострёнными скулами, чёрные глаза, над которыми нервирующе нависала давно не стриженная челка.
– Нет, серьёзно, я тебе подхожу? – поинтересовалась она у своего сна наяву.
Сон наяву приветливо помахал рукой.
Кира зависла.
– Ой… – до неё вдруг дошло, что сон, похоже, вовсе даже и не сон.
Кира мгновенно занервничала. Посмотрела на недопитый чай, раздумывая, смыться ли прямо сейчас, бросив его здесь, или всё-таки попытаться допить. Впрочем, выход из кафешки был только один. Кира подумала об этом, подняла взгляд на улицу. Поняла, что «сон» куда-то исчез. Почему-то не столько обрадовалась, сколько растерялась. Всё-таки спрыгнула со своего высокого барного стула и развернулась, намереваясь, на всякий случай, покинуть зал и замерла, обнаружив Илью прямо перед собой.