3. Категорически запретить буксировать неисправные трофейные машины, сдав их на сборные ремонтные пункты.
4. Принять решительные меры к немедленному подтягиванию всей отставшей артиллерии, средств усиления и нужных для боя тыловых учреждений.
5. Для контроля за исполнением настоящего выделить нужное количество энергичных людей.
6. Исполнение донести 20.7.44 г.».
На этой директиве сохранилась резолюция Рокоссовского:
«Начальнику штаба.
Дать директиву войскам, обязав самым жестким образом, под личную ответственность Военных советов армий, полностью провести в жизнь в кратчайший срок указания заместителя Верховного Главнокомандующего. Начальнику тыла: выделить соответствующих людей для контроля за точным выполнением.
В жуковской директиве уже содержался намек на охватившую войска, прежде всего в лице старших офицеров и генералов, «трофейную лихорадку». Она касалась пока что дорогих машин и мебели. В полной же мере она проявилась с началом 1945 года, когда советские войска вступили на территорию Германии.
21 июля была сломлена немецкая оборона на Буге. 22 июля войска Рокоссовского освободили Хелм, а 23 июля — Люблин. В Варшаве началась паника среди немецких тыловых учреждений. Многие немецкие чиновники эвакуировались на запад. Панику усилило неудавшееся покушение на Гитлера. Советское командование полагало, что овладеть Варшавой удастся сравнительно легко, поскольку немцы как будто не собирались особенно упорно оборонять польскую столицу.
27 июля 1944 года Ставка Верховного главнокомандования издала директиву командующему войсками 1-го Белорусского фронта о наступлении на Варшавском направлении и овладении плацдармами на западном берегу реки Нарев:
«Ставка Верховного Главнокомандования ПРИКАЗЫВАЕТ:
1. После овладения районом Брест и Седлец правым крылом фронта развивать наступление в общем направлении на Варшаву с задачей не позже 5–8 августа овладеть Прагой и захватить плацдарм на западном берегу р. Нарев в районе Пултуск, Сероцк. Левым крылом фронта захватить плацдарм на западном берегу р. Висла в районе Демблин, Зволень, Солец. Захваченные плацдармы использовать для удара в северо-западном направлении с тем, чтобы свернуть оборону противника по р. Нарев и р. Висла и тем самым облегчить форсирование р. Нарев левому крылу 2-го Белорусского фронта и р. Висла — центральным армиям своего фронта. В дальнейшем иметь в виду наступать в общем направлении на Торн и Лодзь».
28 июля передовые части Рокоссовского заняли два плацдарма на западном берегу Вислы. 29 июля радиостанция «Костюшко» из Люблина передала воззвание с призывом начать восстание в Варшаве. В тот же день в немецком коммюнике сообщалось, что русские начали генеральное наступление на Варшаву с юго-запада. И тогда же появилась директива Ставки, возлагавшая на Г. К. Жукова «не только координирование, но и руководство операциями, проводимыми войсками 1-го Украинского фронта, 1-го Белорусского фронта и 2-го Белорусского фронта».
30 июля, в воскресенье, произошло большое танковое сражение под Варшавой. Советский 3-й танковый корпус занял Воломин и Радзымин, угрожая стыку немецких 9-й и 2-й армий. Два советских танка ворвались в район Таргувек, но были подбиты, и их экипажи укрылись у местных жителей. 16-й танковый корпус 2-й танковой армии занял варшавский пригород Вянзовню и вышел на Люблинское шоссе. 8-й гвардейский танковый корпус перерезал шоссе около ведущей к Варшаве железной дороги. До варшавских пригородов Анино и Вавра советским танкам оставалось пять километров. Но тут немцы нанесли контрудар 73-й пехотной дивизией и танковой дивизией «Герман Геринг». Командующий 9-й армией генерал танковых войск Николаус фон Форман бросил в бой 4-й танковый корпус СС, которому удалось отбить Седлец. 31 июля генерал-фельдмаршал Модель запретил всякий отход на Варшавском направлении.
Командование 2-й танковой армии запросило у Рокоссовского подкреплений, полагая, что больше у немцев резервов нет, а дорога на Варшаву практически открыта. Рокоссовский подкреплений не дал и предпочел вывести потрепанную танковую армию из боя. На Прагу была перенацелена 47-я армия, наступавшая от Седлеца.
Вплоть до 6 августа танкисты 2-й танковой армии отражали немецкий контрудар. Им удалось взять Окунев и Минск-Мазовецкий, но наступление окончательно выдохлось. К 31 июля советская 2-я танковая армия, насчитывавшая к началу Люблинско-Варшавской операции 810 танков и САУ, безвозвратно потеряла 130 машин, 582 человека убитыми и 1581 ранеными. 23 июля в Люблине был тяжело ранен ее командующий генерал-лейтенант С. И. Богданов. Он ехал на бронетранспортере за своими танками по северной окраине города, и пуля немецкого снайпера раздробила ему плечевую кость. В командование вступил начальник штаба армии генерал А. И. Радзиевский.