О том, что реальные потери были выше, чем в итоговом докладе, можно судить по следующему донесению. 28 августа представитель Генштаба при штабе 8-й гвардейской армии подполковник Рыбак сообщал Жукову:
«1. С 1.8 по 26.8.1944 г. армия потеряла 35 649 человек (убитых, раненых и без вести пропавших). За это же время армия получила пополнения 10 237 человек, что не покрывает понесенные потери.
Так, например: 4-й гв. ск только в боях за плацдарм с 1 по 26.8.1944 г. потерял 7777 человек и за это же время получил пополнение 3081 человек. К настоящему времени стрелковые дивизии сократились до 4000–4200 человек, главным образом, за счет стрелковых рот: стрелковые роты насчитывают по 30–35 человек.
2. За последние дни в боях за расширение плацдарма чувствуется усталость войск, нет боевого порыва — вялость, ежедневные потери сильно сокращают состав малочисленных рот, вследствие чего бои по расширению плацдарма не дают должного результата.
Так, например: 4-й гв. ск 26.8.1944 г. задень боя продвинулся в среднем на 1–2 км (на фронте 10 км), потеряв при этом 405 человек, главным образом за счет активных штыков, что в целом равняется 11 стрелковым ротам (по 35 человек).
3. Считаю целесообразным:
а) Для армии польской расширить полосу обороны на плацдарме, расположив во второй линии (в тылу) одну сд 8-й гв. А. За счет расширения полосы армии польской — ск 8-й гв. А поочередно отводить в тыл, где давать войскам отдых, пополнять их и обучать, т. е. готовить войска для предстоящих наступательных действий.
б) Для дальнейшего расширения плацдарма армии польской решать частные наступательные задачи.
4. 7-й гвардейский кав. корпус — форсировать р. Висла на участке Кобыльница — Варгоцын и во взаимодействии с войсками 8-й гв. А очистить от противника р-н р. Радомка, дорога Северынув — Кузенице».
29 августа 1944 года Ставка приказала 1, 2, 3-му Белорусским и 4-му Украинскому фронтам перейти к обороне. Исключение составляли войска правого крыла 1-го Белорусского фронта, две армии 2-го Белорусского фронта, которому, в частности, приказывалось: «1. Правому крылу войск фронта с получением настоящей директивы перейти к жесткой обороне. Силами 43-й и 3-й армий не позднее 4–5.9 выйти на р. Нарев, захватить плацдарм на западном берегу реки в районе Остроленка, после чего также перейти к жесткой обороне».
5 сентября в советский НКИД было передано послание британского военного кабинета, в котором, в частности, говорилось:
«Военный Кабинет желает, чтобы Советское Правительство знало о том, что общественное мнение в данной стране глубоко затронуто событиями в Варшаве, а также ужасными страданиями поляков, находящихся там. Независимо от правильностей и неправильностей в отношении начала восстания в Варшаве, само население Варшавы не может нести ответственности за принятые решения. Наш народ не может понять, почему полякам в Варшаве не было отправлено никакой материальной помощи извне. Тот факт, что такая помощь не могла быть отправлена ввиду отказа Вашего Правительства позволить самолетам Соединенных Штатов приземляться на аэродромах в России, сейчас становится общеизвестным. Если, кроме всего этого, поляки в Варшаве будут сейчас подавлены немцами, что, как нам сообщают, должно произойти в течение двух или трех дней, удар по общественному мнению здесь не сможет поддаться учету. Сам Военный Кабинет затрудняется понять отказ Вашего Правительства принять во внимание обязательства Британского и Американского Правительств оказать помощь полякам в Варшаве. Действие Вашего Правительства в предотвращении отправки этой помощи представляется нам противоречащим духу Союзного сотрудничества, которому Вы и мы придаем столь большое значение как в настоящий момент, так и на будущее.