Если в первом и втором случае перезванивать или читать сообщения я не собиралась, то в случае с сестрой я забеспокоилась, решив, что в столь позднее время девочка уже спит, поэтому перезвоню ей завтра утром.
Мы готовились ко сну. Максим застилал нам кровать: чистая простынь, подушки, пододеяльник. Я смотрела на парня и улыбалась, глядя на то, с какой ловкостью он это проделывает.
— Ты, наверное, в прошлой жизни был горничной, — не удержавшись от комментария, пошутила я и кинула в Максима подушку.
Ловким движением он поймал ее на лету и усмехнулся.
— Это просто опыт: детский дом, армия, самостоятельная жизнь, — усмехнулся Максим. — У тебя дома этим, наверное, занимается прислуга?
— Угу. Я с детства не люблю это занятие.
— Привыкнешь, я научу, — улыбнувшись, сказал Максим, бросив в меня подушку.
— Ах так!
Я ринулась на парня, и начался бой подушками. Максим прилично мне поддавался, но шанса выиграть у него не было.
Я надела пижаму и забралась в постель, когда в дверь сильно и настойчиво стали стучать.
Сердце ускорило ритм, к горлу подступил ком. Дурное предчувствие стремительно нарастало. Я перевела испуганный взгляд в сторону Максима, застывшего в дверном проеме спальни, и нервно сглотнула.
— Не открывай! — паника накрывала все сильнее.
— Ариша, малыш, не переживай. Я пойду посмотрю.
Парень направился в коридор. Раздался щелчок замка, грохот распахнувшейся двери и суета.
Испугавшись за Максима, я рванула к нему и остолбенела, боясь даже пошевелиться.
На пороге стоял отчим и его двое охранников: Кирилл и Артур. Кирилл удерживал Максима на прицеле, направив пистолет в голый торс парня, в район солнечного сплетения. Азат стоял рядом, опираясь о дверной косяк.
Отчим перевел взгляд своих черных глаз на меня: серый деловой костюм смотрелся дорого, пафосно, но со вкусом. Азат старался всем своим видом показать, кто здесь хозяин положения и ситуации.
— Арина, собирайся и на выход, — холодно произнес он и посмотрел на часы.
— Она останется здесь, — резко ответил Максим вместо меня.
Презрительный взгляд отчима прошелся по парню.
Я продолжала стоять в оцепенении, не зная, что предпринять. Трое против одного. Два охранника по комплекции не уступали Максиму: высокие, крепкие, атлетические фигуры, но, учитывая, что их больше и наличие огнестрельного оружия, перевес был на стороне оппонентов, и весьма ощутимый.
Я боялась за жизнь и здоровье Максима.
Азат проигнорировал слова Максима и снова перевел взгляд своих угольных глаз на меня.
— Арина, у тебя пять минут. Иначе ребята заберут тебя в том, что сейчас на тебе, а твоего позера разукрасят так, что места живого не останется, а может, и его самого, — едко отозвался отчим и сделал шаг в мою сторону.
Боковым зрением я уловила, как Максим ловким и четким движением рук сделал захват, и пистолет оказался в руках у парня. Затем он сделал подсечку, и Кирилл упал на пол, корчась от боли.
Мужчина начал кататься по полу.
Артур рванул на Максима, но тот уклонился, и удар пришелся в пустоту. Максим сделал выпад, нанеся ответный удар по ногам Артура, повалил его на пол и ударил рукояткой пистолета по лицу.
Пока двое крепких парней приходили в себя, Максим направил пистолет в голову отчима.
Я испугалась, что он совершит непоправимое.
— Макс, пожалуйста, не надо, — едва шевеля губами от шока и ужаса, произнесла я, но он будто бы не слышал меня.
— Повторять дважды я не привык, но сделаю исключение. Она никуда не пойдет. Дорогу сюда настоятельно рекомендую забыть. И если ты, мерзавец, еще хоть раз попробуешь поднять на нее руку, я тебе ее переломаю так, что ни один хирург не соберет. А сейчас все на выход!
Такого Максима я еще не видела: грубого, устрашающего и бескомпромиссного.
Азат старался держать марку, но во взгляде промелькнуло опасение.
— Тебе это с рук не сойдет, — сказал он, обращаясь к Максиму. — Обещаю, ты об этом еще сильно пожалеешь. Мальчик, ты замахнулся на того, кто тебе не по зубам.