Мама подошла очень близко ко мне и прикоснулась к плечам.
— Ариша, я видела, как он на тебя смотрит. Боюсь, такой шанс он не упустит, — горько сказала она.
— Нет. Я не буду жить с ним под одной крышей.
Я закрыла глаза, понимая, что, как бы мне ни было больно, в словах мамы был смысл и правда.
— Боюсь, что придется. Если бы его устраивал просто фиктивный брак, то этот вопрос уже давно бы решился. И не было бы столько проблем: угрозы Азата, шантаж, арест Максима.
Мама была права, как бы неприятно это ни было признавать.
Видимо, мне придется жить вместе с Тираном, а если я снова попробую начать сопротивляться, то финал для меня будет только один: я опять проиграю.
— Мама, я этого не выдержу, — плача ответила я, вытирая влажные щеки.
Мама меня обняла.
— Мы завтра поедем к моему гинекологу. По крайней мере, проконсультируемся. А может, ты права, и ничего подобного не случится.
Мама пыталась меня подбодрить, но я понимала, что такой ход событий для меня вполне вероятен.
Глава 17. Арина
День моей свадьбы. Мне хотелось выть от отчаяния и безысходности.
Через полчаса должен подъехать Тиран с родителями.
Мама подошла ко мне, поправляя шлейф из почти невесомой материи. Прибегать к услугам визажиста и парикмахера я наотрез отказалась, поэтому мое платье и туфли были самыми яркими элементами всего моего внешнего вида: ровные волосы, отсутствие фаты и украшений, едва заметный макияж — немного тонального крема, чтобы скрыть синяки под глазами, тушь и бледно-розовый блеск для губ.
— Ариша, ты готова? — встревоженным голосом спросила меня мама.
— Нет, но это уже не имеет значения, — устало ответила я, переведя взгляд на свое отражение в зеркале.
Чемодан с вещами еще накануне забрал водитель Джулакянов и отвез в квартиру к Тирану.
За неделю до свадьбы выяснилось, что жить придется нам вместе.
Попытка отказаться не дала результата, а вызвала только гнев и протесты с обеих сторон.
Отчим снова стал давить и шантажировать, в очередной раз вынуждая меня ему уступить, но в этой ситуации я одержала небольшую победу, настояв на отдельной комнате в квартире Тирана.
Замысел о совместном проживании тяготил, вызывая страх и смятение, но избежать этого мне не удалось.
— Пойдем вниз? — спросила мама, прервав поток моих мыслей.
— Ты спускайся, а я скоро подойду. Хочу побыть в одиночестве пару минут.
Мама поправила свое ярко-красное атласное длинное платье и вышла из комнаты, оставляя меня наедине с собой.
Я еще раз посмотрела на свое отражение, вытирая одинокую слезинку, медленно скатившуюся по лицу.
Рука скользнула вниз по шее к золотой цепочке с кулоном в форме ключа и крепко сжала его. Это то малое, что осталось мне на память от Максима, и еще несколько фотографий в галерее моего телефона, где мы были вместе и по-настоящему счастливы.
Максим... Сердце сжалось от боли и тоски по нему, но что-то изменить уже невозможно, да и вряд ли получится.
Сделав несколько глубоких вдохов, я вышла из комнаты и отправилась в зал.
Мама и отчим сидели на белом кожаном диване, что-то эмоционально обсуждая. Элинар сидела рядом в кресле, устремив свой взгляд в экран телефона.
На девочке было ярко-красное платье в тон цвету платья мамы, нижняя часть которого напоминала форму колокольчика с вышивкой из золотистого бисера по самой кромке материи.
Взгляд отчима прошелся по мне.
— И это счастливая невеста? — едко отозвался мужчина, скользнув взглядом по моему лицу. — Покойник выглядит лучше, чем ты сейчас, Арина.
— Может, потому что ты попал в точку, — подражая тону отчима, отозвалась я.
— Перестаньте, пожалуйста! Азат, скоро приедут Джулакяны. Времени, чтобы что-то поменять или исправить, совсем не осталось, — сказала мама, переведя взгляд с отчима на меня.
Раздался звонок. А вот и, как говорится, легки на помине. Через две минуты семейство чинно зашло в помещение. Тиран — в черном фраке и белой рубашке. В руках мужчина держал нежный букет из белых пионов.
Он прошелся по мне взглядом своих карих глаз, и на его лице возникло удивление, на смену которому пришли замешательство и недовольство, но, быстро совладав с эмоциями, мужчина натянуто улыбнулся.