Мне не хотелось оставлять Арину одну в Краснодаре, в чужом для нее городе, но выбора не было. Мне нужно было наконец разобраться во всей этой заварухе.
Арине я решил ничего не рассказывать, чтобы она не волновалась, а этого было бы не избежать, учитывая мою авантюрную идею и рискованный план.
Арина расстроилась моей внезапной командировкой, но отнеслась с пониманием, сказав, что найдет, чем занять себя на это время.
Ростов-на-Дону. Я подъехал к офису в согласованное с Дьявольским старшим время. Два тонированных «гелика» уже стояли неподалеку от конторы нотариуса.
Увидев меня, Михаил Валерьевич со своей свитой из трех "шкафов" вышел из автомобиля и двинулся ко мне.
Нельзя не отметить, что сходство отца и сына было невероятным. В свои пятьдесят пять лет Михаил Валерьевич выглядел отлично: спортивный, подтянутый, высокого роста. Черные глаза, брови, ровный нос, узкие губы. В волосах в редких местах пробивалась небольшая седина, но это абсолютно не портило брутальную внешность мужчины.
— Добрый вечер, Михаил Валерьевич, — сказал я и протянул ему руку.
— Приветствую, Максим Александрович, — сказал он, пожав мою руку. — Пошли?
Я кивнул головой.
Мы вошли в офис. В нем еще находилось двое посетителей и женщина-секретарь.
Михаил Валерьевич сразу же направился в кабинет.
Женщина-секретарь — блондинка, лет тридцати пяти, миловидные черты лица, испуганные огромные зеленые глаза — попыталась перегородить нам путь к кабинету.
— К Святославу Николаевичу нельзя. Он занят.
Михаил Валерьевич бросил взгляд на своих ребят, и двое крепышей в тот же миг подхватили ее под руки и сдвинули в сторону, чтобы освободить проход мужчине.
— Что вы творите? Я сейчас полицию вызову! — испуганно завопила она.
— Не стоит, лапушка! Советую проводить последних клиентов и самой идти домой. У нас со Святославом Николаевичем важная встреча. И надолго, — бесстрастным голосом отозвался Дьявольский.
Дверь открылась. А вот и наш горе-нотариус.
— Дианочка, что происходит? — сказал он и замолчал, переводя взгляд с Дьявольского на его ребят и меня.
— Добрый вечер, Святослав Николаевич, — обратился Михаил Валерьевич. — Настоятельно рекомендую всем попросить покинуть офис. У нас к вам очень деликатный и срочный вопрос.
В глазах мужчины — страх и растерянность. Он нервно сглотнул и провел пятерней по волосам.
— Дианочка, проводите посетителей. Мы уже закрыты. Вы тоже идите домой.
Дьявольский сделал шаг, вынуждая Святослава Николаевича зайти обратно в свой кабинет. Следом зашли я и охрана. Дверь закрылась.
— Святослав Николаевич, — обратился я, — нас интересует завещание Арама Джулакяна. Нам бы на него взглянуть одним глазком.
— Вы с ума сошли! Это конфиденциальная информация! — завопил он.
— Тише, тише, — начал Михаил Валерьевич. — Вам же сказали: одним глазком. Вы же не хотите проблем? У вас такие очаровательные близняшки-дочки.
Мужчина побелел. Глаза забегали.
— Вы не понимаете! Мне не нужны проблемы. Особенно с Джулакянами.
— Это вы не понимаете. У вас уже есть проблемы. И они сейчас перед вами. Джулакяны вам покажутся детским лепетом, — спокойно продолжил Дьявольский.
Мужчина стал еще бледнее и начал заикаться.
— Я-я-я-я не могу, — испуганно сказал мужчина.
— Святослав Николаевич, я начинаю терять терпение. Давайте не будем прибегать к крайним мерам? Думаю, пальцы на руках вам все нужны? — спросил Михаил Валерьевич.
Двое крепких парней подошли к Святославу Николаевичу, прижав его ладони к столу. Третий достал армейский нож.
Святослав Николаевич был в таком ужасе, что, казалось, еще немного, и лишится чувств.
— Нет, не нужно, пожалуйста! Я все покажу! — испуганно взмолился он.
Ребята бросили взгляд на Дьявольского. Тот кивнул им в ответ, и мужчины освободили руки нотариуса.
Святослав Николаевич, дрожа, поднялся и двинулся в сторону сейфа и открыл его. После нескольких минут поиска он достал папку с документами и положил перед нами на стол.
Я достал документ и начал внимательно в него вчитываться и обалдел. Михаил Валерьевич подошел ко мне и стал тоже его изучать: