Как ни странно, но это нелепое заклинание помогло. Исчезла мутная тягость, проходившая, как натянутая струна через всё тело, от макушки до пяток; следом за ней растворился комок в горле, и стало легче дышать.
И вдруг пошел дождь. На небе перемешались в безумном коктейле клочки синего, темного и белоснежного, а на краю всего этого висел огрызок яркого слепящего солнца. Крупные и частые капли дождя оказались теплыми и никого не испугали.
Тася улыбнулась и подставила руку, куда тут же шлепнулась прозрачная водяная клякса. Никто даже особо не прятался, только втягивали голову в плечи, но продолжали бежать по своим делам. Стало весело и легко, и Тася торопливо зашагала дальше, лишь накинула на голову капюшон.
Дел скопилось так много, что она до обеда разрывалась между посетителями и заполнением бумаг. На сегодня было намечено и занятие с дошколятами, и Тася надеялась, что мало, кто придет — все-таки лето, дачи и дождик до сих пор на время затихает, а потом капает снова.
Однако надежды не оправдались, и ребятишки заявились, да еще с бабушками, родителями или старшими сестрами и братьями. Было шумно, и к вечеру Тася буквально падала с ног. Но эта безумная суматоха выветрила последние намеки на бесконечное осмысление судеб, в общем-то, посторонних ей людей.
Она устало собиралась домой, когда дверь тихо открылась, и в зал вошла еще одна припозднившаяся посетительница. Тася закатила глаза и вздохнула: «Лишь бы не копалась долго, выбирая книги. Может быть, просто сдать пришла?»
Но в руках у женщины ничего не было. Она подошла ближе и Тася ахнула — это была свекровь, бывшая свекровь Галина Ивановна. Узнать ее было сложно — она сильно похудела, платье, которое еще в прошлом году трещало по швам, болталось, как на вешалке, руки и ноги казались палочками, а всегда ухоженное лицо серым.
— Здравствуй, Тасенька, — прошелестела сухими губами женщина.
— Здравствуйте, — с трудом ответила Тася и замолчала.
Она не понимала, что сказать дальше. Наверное, надо спросить что-то, но слова застревали в горле. Галина Ивановна беспомощно огляделась, а потом подошла к мягкому креслу и невесомо села на краешек. Руки она сложила на коленях, примостив там же мятую сумочку.
— Тась, ты долго еще? — заглянула в дверь Ленка. — А-а, у тебя еще читатели, — с сочувствием сказала она и скрылась.
Тася обошла стол и нерешительно остановилась напротив свекрови. Потом тихо опустилась на небольшой диванчик у стены. Интуиция подсказывала, случилось что-то нехорошее.
— Тасенька, — выдавила из себя свекровь и всхлипнула. — Ты прости меня. Прости дуру старую…
— Галина Ивановна… что вы… за что? Что случилось?
— Тасенька, хочешь на колени упаду?! — тихо заголосила женщина и качнулась вперед.
Тася вскочила и обеими руками придержала ее за плечи, не позволяя сползти на пол.
— Галина Ивановна, что вы?! Хотите воды? Успокойтесь, пожалуйста!
У Таси затряслись руки, она впервые видела свекровь в таком состоянии. Галина Ивановна всегда следила за собой, раз в год ложилась в санаторий, а в остальное время безуспешно боролась с лишним весом при помощи модных диет.
Помнится, она даже скачала на телефон программу по подсчету калорий и приобрела специальные весы для продуктов, чтобы понимать, сколько чего она съедает в течение дня. Правда, быстро забросила это дело, но надежд начать заново не теряла. Галина Ивановна подняла на нее неживые глаза и попыталась заговорить, но вместо слов изо рта вырвалось невнятное бульканье.
— Вадик… Вадимчик, — наконец, прохрипела она и затряслась в беззвучных рыданиях.
— Что? — похолодела Тася.
Таким страшным повеяло от свекрови.
Галина Ивановна сцепила руки еще сильнее, будто собиралась раздавить черную сумочку, попавшую в тиски, а вместе с ней раздавить и свои боль и муку. Через силу, спотыкаясь на каждом слове, она по капле выдавливала из себя редкие слова, которые постепенно складывались в ужасающую картину.
Еще в самом начале июня, когда пушистый, щекочущий ноздри тополиный пух, кружил в воздухе, Вадим отъехал от своего дома. Он совершенно не обратил внимания на серую машину, которая двинулась за ним следом. Было темно, Вадик снова погрузился в свои невеселые мысли о проваленном вчера собеседовании, и ему хотелось только одного — напиться и забыться.
На трассе серая машина вдруг начала вести себя странно. Она то приближалась почти вплотную, то обгоняла Вадима и резко притормаживала перед ним. Несколько раз он грубо выругался и, перестроившись, попытался попросту оторваться от неадекватного водителя. Но и это не удалось. Автомобиль продолжал его преследовать. Когда Вадим уже собирался остановиться, чтобы выяснить, в чем дело, серая машина вдруг ускорилась и грубо его подрезала. Пришлось резко взять вправо, чтобы не задеть фонарный столб, а потом что-то пошло не так, и автомобиль Вадима на всей скорости съехал с дороги и, закувыркавшись, упал в канаву.