18
Винчестер, 1141 год.
В августе Роберт вернулся из Винчестера в Оксфорд и сообщил, что Анри уклоняется от ответа по поводу его будущих планов и пока не принимает решения присоединиться к ним.
— Мы поможем ему решиться, — заявила Мод.
Верная прежним словам, она собрала армию и, невзирая на протесты своих советников, отправилась в Винчестер, решив убедить епископа Анри вернуться в ее лагерь. Когда Мод прибыла, кузена во дворце Уолфси не было, но ее с войском впустили в город без всяких инцидентов. Анри вскоре вернулся, однако, уклоняясь от встречи, придумывал один предлог за другим.
И тогда войска Матильды, намного превосходящие численностью армию Мод, глухой ночью, без предупреждения, подошли и окружили город. Мод поняла, что она получила ответ епископа: Анри отказался от ее дела.
Спустя шесть недель Мод стояла на зубчатой стене Винчестерского замка, построенного из камня и дерева, и с ненавистью глядела на королевское знамя, которое развевалось над дворцом епископа, находящегося недалеко от городских стен. «Символ явного вызова, — подумала она с горечью, — открыто заявляющий, что кузен Анри опять стал приверженцем Стефана».
Внезапно раздалось громкое шипение. Мод взглянула вверх и увидела зажигательное ядро, летящее над стенами Винчестера. Казалось, что снаряд направляется прямо к тому месту, где она стоит. Замерев, Мод не могла оторвать глаз от пылающего шара, дугой летящего в синеве сентябрьского неба и неуклонно приближающегося к ней.
— Во имя Господа, племянница, отойди!
— Мод, назад!
Испугавшись, она повернулась на звук голоса Брайана Фитцкаунта, раздавшегося вслед за дядюшкиным криком. Брайан перескочил через каменный парапет, и его сильные руки сдернули ее вниз.
— Слава Богу, пролетело мимо замка, — сказал Брайан.
Огненный шар исчез из виду. Внезапный вопль прорезал воздух, и послышался оглушительный взрыв.
— Попало в аббатство святой Марии! — ахнул Брайан.
— Там же монахини! — закричала Мод, вырываясь из его рук.
Внизу послышались душераздирающие крики боли и ужаса.
— Матерь Божья, — прошептал Брайан, — нет, нет, не смотри туда!
Но Мод уже свесилась из амбразуры. Одна из монахинь бегала кругами, пытаясь освободиться от загоревшейся одежды; ее черное платье было охвачено огнем. Другие монахини пытались сбить пламя руками. Мод зажала рот: монахиня, пронзительно кричащая в агонии, превращалась в живой факел, пламя пожирало ее тело. Ужас сковал Мод, слова молитвы застряли в горле.
— До каких пор мы должны терпеть это? — закричала она, и слезы побежали у нее по лицу. — Сегодня — эти бедные сестры. А кто будет завтра?
— Как пожелает Господь, племянница. Добрая монахиня приняла смерть, как мученица, — сказал Давид Шотландский, перекрестившись.
— Как пожелает Господь? Епископ Винчестерский приносит в жертву невинные жизни! — Мод повернулась и указала на крышу епископского дворца. — Как может человек, служащий Богу, разрушить собственное аббатство?
— Ах, племянница, таковы превратности войны. Это работа армии Вильгельма из Ипра, а не епископа.
— Но он допускает подобную жестокость, не так ли? Я сейчас же иду вниз и предложу сестрам помощь.
Король Давид пристально взглянул на Мод: пошатнувшись, она схватилась за зубец стены.
— Когда ты в последний раз ела?
Мод прислонилась к стене.
— Не помню, дядя. Я потеряла счет времени. Возможно, сегодня утром, после мессы. — Она покривилась. — Черствый хлеб и протухшее мясо. Я припоминаю сейчас, что не смогла притронуться ни к чему.
— Это все, что у нас есть, — вздохнул Брайан, — и мы счастливы, что есть хоть это. Запасы продуктов настолько малы, что в некоторых частях города начался голод. — Он озабоченно посмотрел на Мод. — Вы должны есть хоть что-нибудь, миледи, невзирая на вкус. Мне кажется, сейчас вы не в состоянии кому-либо помогать.
— Отсутствие пищи и воды… — Давид повернулся к Брайану. — Если мы в ближайшее время не достанем провизии, милорд, нам придется сдаться… или умереть от голода.
— Сдаться? Никогда! — твердо заявила Мод. — Пока я дышу, я никогда не стану пленницей Матильды. Лучше я умру от голода!
— Ах, племянница, у тебя гордая душа, но ты не знаешь, что такое длительная осада. И не видела людей, умирающих голодной смертью.
Жители Винчестера тащили ведра с водой, чтобы загасить пламя, и Мод уже не в первый раз подумала: а если дядя и все прочие винят ее в том бедственном положении, в котором они сейчас очутились? На город ежедневно летят зажигательные ядра, скудный рацион и растущее отчаяние превращают жизнь в Винчестере в бесконечный кошмар… Возвестившие о сексте колокола милосердно прервали ее мрачные мысли.