— Прекрасно, я замечаю в ваших словах здравый смысл. Несомненно, найдутся обязанности, которые вы могли бы исполнять. — Жоффруа немного подумал. — Если кто-нибудь заболеет, то вы сможете позаботиться о нем. Кроме того, можете заняться приемом и развлечением гостей в замке. Давайте начнем с этого.
Мод благодарно улыбнулась ему. Едва ли такая роль была верхом ее мечтаний, но это уже кое-что.
Два месяца спустя, когда в замок впервые приехали высокопоставленные посетители, Мод вместе с дворецким накрывала столы для пира. Жоффруа вошел в большой зал.
— Клянусь гробом Господним, вы взяли золотые солонки! — в ужасе воскликнул он, взглянув на стол. — А кубки с драгоценными камнями используются только в самых торжественных случаях, когда приезжают королевские особы!
— Но я подумала, что случай достаточно важный…
— Золотые солонки и кубки — только для украшения, а не для того, чтобы ими пользовались. — Жоффруа повернулся к дворецкому. — Уберите их немедленно.
— Но…
— Вы не в императорском дворце, мадам, а в простом анжуйском замке. Подобное хвастовство вызовет только осуждение. Что подумают люди?
Перепуганная до полусмерти, Мод смотрела, как дворецкий и несколько слуг поспешно собирают со стола золотые солонки и драгоценные кубки.
— Какие блюда вы заказали? — спросил Жоффруа.
— Угри с острой приправой, голец в золотистом соусе с зеленью, мясные кубики…
Жоффруа подозрительно взглянул на нее.
— Мясные кубики?
— Этот рецепт я привезла из Германии. Мясо цыпленка или теленка нарезается на кубики, поджаривается и подается в соусе из толченых хвостов лангуста с миндальными орехами и поджаренным хлебом; затем гарнир…
— Совершенно не годится! Моим гостям не понравится германское блюдо. А угри и голец не сочетаются друг с другом. Я помню, как с подобными делами управлялась моя мать, и думаю, что смогу сам отдать нужные распоряжения поварам. Вам нет нужды больше об этом беспокоиться.
— Но если вы никогда не пробовали таких блюд, — ответила Мод, сдерживая раздражение, — то откуда вам известно, что они не подойдут?
— Блюда иностранные, и этим все сказано. — Жоффруа прошелся вдоль стола. — Расскажите мне, как вы собираетесь разместись гостей за столом.
— Я хочу посадить господина де Фокона рядом с лордом д’Андюзом и…
— Что?! Да они же все время ссорятся! Их надо посадить как можно дальше друг от друга. Жерар все это знает. — Он бросил взгляд на заметно побледневшего дворецкого. — Ну, неважно, я сам все устрою.
— Если бы вы мне объяснили… — начала Мод.
— В будущем я намерен сам заботиться обо всех подобных делах, — перебил ее Жоффруа. — Никто и не ожидал, что вы знаете, как надо размещать гостей. Никто не винит вас.
Побагровев от унижения, Мод смотрела, как Жоффруа выходит из зала вместе с дворецким и Жерар взахлеб объясняет своему господину, почему он поступал так, как приказывала ему графиня.
После этого случая она больше не принимала активного участия в управлении замком, оставив все дела на попечение Жоффруа и дворецкого. Разочарованная и обиженная, Мод стала проводить почти все время в прекрасной замковой библиотеке и в обществе старого наставника Жоффруа, мастера Адельхардта, с которым беседовала об истории, праве и литературе. Она играла в шахматы и триктрак, изучала книги из библиотеки и в часы, свободные от мечтаний о Стефане, все чаще и чаще размышляла о том, что будет делать, когда станет королевой, осторожно испытывая свои теории на старом наставнике. Каждый раз, получая весточку из Англии или Нормандии, Мод с удивлением ловила себя на мысли: что, если король заболел и ее вызывают к его одру? Подобные мысли всегда сопровождались раскаянием и угрызениями совести, ибо, несмотря на свою обиду, Мод не желала его смерти. И все же кончина короля Генриха распахнула бы двери темницы, заключением в которой представлялась ей жизнь в Анже.
Однажды, в минуты острой тоски и отчаяния, Мод написала Стефану длинное письмо, излив в нем всю боль своего сердца. Она запечатала послание и уже передала было его гонцу, но в последний момент передумала и вырвала письмо из его рук. Не исключено, что Жоффруа прочитывает все ее письма. В окружении слуг мужа, верность которых принадлежала в первую очередь графу, Мод не чувствовала себя в Анжу в полной безопасности.
Однажды зимним днем она возвратилась в замок после соколиной охоты с главным сокольничьим и несколькими конюхами.
— Почему лорд Жоффруа не поехал с тобой? — спросила Олдит.