Тихий стук в дверь прервал ход моих мыслей.
— Войдите. — Разрешил я.
В дверном проеме показалась Ирина. Явилась значит. Выглядела она, как всегда прекрасно. Я словил себя на том, что невольно засмотрелся на стройную длинноногую красотку, которая пришла в короткой юбке и прозрачной блузке. Сквозь неё проссматривался такой же прозрачный бюстгальтер. Я даже разглядел тёмные соски. Огромные светло-голубые глаза Ирины манили таинственной глубиной, а лицо выражало невинность... Но, я то знал, насколько она невинна.
– Привет, Павел! Я почему-то была уверена, что ты до сих пор торчишь у себя в кабинете, поэтому решила зайти к тебе, – улыбнулась она, переступая порог. – Предпочитаешь работать в одиночестве?
– Да, нужно кое-что спокойно обдумать, – кивнул я. — Какое у тебя образование? — поинтересовался я, нетерпеливо постукивая карандашом по папке с бумагами.
Ирина пересекла кабинет и как ни в чем не бывало уселась на краешек стола перед моим носом.
– Не беспокойся, я достаточно компетентна, – заверила она, покачивая ногой с самым непринужденным видом. – В отделе кадров мне сказали условия, на которые я должна согласиться, но… – Ирина вздохнула, – меня они не устраивают.
– Вот как? – усмехнулся я, откидываясь на спинку стула. – Мне казалось, что у нас довольно неплохие условия. Что же тебя смущает? Если ты имеешь какие-либо конкретные предложения, я обещаю подумать над ними.
– Мне не нравится только один пункт. – Она повела бровью и недовольно передернула плечом. – Заработанная плата.
Я поморщился.
– У нас каждый специалист зарабатывает достойно, возможно... — я помедлил, выбирая выражения помягче, чтобы не обидеть ее, – у тебя нет должного образования и опыта.
В её глазах появилось хитрое выражение.
– Ты ошибаешься, если думаешь, что я не отдаю себе отчета в своих возможностях, – возразила она, кладя сумочку на стол рядом с собой. – Но, несмотря ни на что, ты все-таки желаешь взять меня на работу! Я поразмыслила и пришла к заключению, что, возможно, у меня еще долго не будет такого шанса заработать хорошие деньги. Поэтому я не могу позволить себе его упустить. Не жадничай, Паш! Я понимаю, что тебе не хочется расставаться с деньгами, но… – Ирина наклонилась вперед и ласково провела рукой по моим волосам. – Я готова подсластить тебе пилюлю. – Другой рукой она расстегнула несколько пуговиц и вытащила грудь из ливчика прямо перед моими глазами. – Я многое умею, ты же знаешь, – хрипло прошептала она, глядя на меня потемневшими глазами, я продолжал сидеть, не в силах отвести взгляд от соблазнительного коричневого соска. – Ты не пожалеешь. – Она стянула блузку и, полностью обнажила грудь. Тут я встрепенулся, словно сбросив наваждение, и поднялся на ноги.
– Ирина, по-моему, это не слишком удачная идея… – начал я сдавленным голосом, чувствуя горячую пульсацию члена, и пытаясь справиться с ней. – Я готов пересмотреть условия в твою пользу, так что не обязательно раздеваться… – Я замолчал, растерянно глядя, как она, спрыгнув со стола, принялась ловко расстегивать пуговицы на моей рубашке. – Постой! Ты ставишь меня в неловкое положение…
– Молчи, глупый! – выдохнула Ирина, все больше распаляясь по мере того, как увеличивалось количество расстегнутых пуговиц. – Никто ведь не узнает! Я давно хочу тебя, ещё с того раза, – призналась она, вытащив рубашку из брюк и, прижимаясь упругой грудью к моей голой груди.
Ошеломленный ее напором, я попятился и уперся спиной в стену. Ирина не растерялась и сомкнула губы на одном соске, одновременно принимаясь на ощупь расстегивать пряжку брючного ремня. Я на мгновение закрыл глаза, когда она легонько сжала сосок зубами.
Быстро справившись с пряжкой, потянула вниз молнию, после чего просунула руку внутрь и высвободила разбухший член. Я положил ладонь ей на плечо, собираясь оттолкнуть, но у меня не хватило ни сил, ни решительности, чтобы сделать это, потому что в течение последнего месяца Катерина отказывала мне в близости, делая большие перерывы перед зачатием.
Ирина опустилась на колени и нежно погладила возбуждённый член ладонью. С моих губ сорвался тихий стон. Я снова закрыл глаза и прислонился затылком к стене. В это мгновение она прикоснулась горячим влажным языком к гладкой поверхности члена, и сразу взяла на всю длину.