*****
Ты предал сердце рассекая
И кровь полилась сверху вниз.
Я не твоя, теперь чужая
Ведь это твой - не мой каприз.
Я ведь любила сильно-сильно.
Любовь ведь колыхала кровь,
А ты унял её насильно,
Ушла безумная любовь.
Сначала было всё в порядке,
Порхали ангелы любви.
Но всё ж нашёл ты недостатки,
Хотя и мог их не найти.
А я летала и любила,
Не замечая всё вокруг,
Но пламя крылья опалило .
Замкнулся непорочный круг.
Разбито сердце, тихо плачет
Моя ранимая душа,
А на плече тихонько прячет
Мой ангел слёзы не спеша.
*****
Глава 14
— Послушай, брось эти штучки с равноправием и самостоятельностью. Погляди на себя. Ты слишком худенькая, недосыпаешь. Тебе надо отдохнуть и набраться сил. Возможно, наш мир далек от идеального, но обеспечить матери моего ребенка хорошую жизнь я в состоянии.
— Мать моего ребенка! Вот что для тебя главное, вот к чему сводится вся эта напыщенная тирада! А ведь минуту назад я почти поверила, будто ты хочешь именно меня! Тебе же просто-напросто нужен ребенок, причем мать идет в виде нагрузки, никчемного приложения. — Гневно выпалила Катерина. — Если бы не твое общество, то я отдохнула бы и набралась сил!
— Если бы меня тут не было, ты все равно не могла бы уснуть, думая обо мне. — А я, — продолжил я с прежней самоироничной улыбкой, — не спал бы, думая о тебе.
— Ну да, и о том, как бы украсть у меня Софию!
— Ты прекрасно знаешь, что ничего подобного я не замышляю.
— От таких, как ты, всего можно ждать!
Я проигнорировал эту вспышку детского упрямства.
— Послушай, мы оба хотим сделать как лучше для дочки.
— А кто сказал, что ты в этом разбираешься?
Как ни странно, но я слегка изменился в лице.
— Да, я ничего не смыслю в детях. Но увидишь, я быстро научусь.
— Представляю, какое это для тебя потрясение, — вымолвила она уже совсем иным тоном, — обнаружить, что у тебя есть дочь.
Я склонил голову, удивившись, найдя понимание у той, что всего мгновение назад смотрела на меня волком.
— Да, пожалуй…
— Знаешь, — чуть ворчливо заявила Катерина, — наверное, при иных обстоятельствах из тебя вышел бы очень даже хороший отец.
— Спасибо. — Губы чуть дрогнули. — Но, вообще-то, я и в уже сложившихся обстоятельствах собираюсь быть хорошим отцом.
Не обращая внимания на то, как отшатнулась и вжалась в кресло Катерина, я шагнул вперед и взял обе её руки в свои.
Ладони были твердыми и теплыми, и её пальцы утонули в моих руках.
— Мы вместе добьемся этого. Обещаю, — тихо выдохнул я.
Катерина смотрела на меня с мукой во взгляде.
— Паша, кто-то из нас должен сохранять чувство реальности.
— Ты упряма. - Невесело рассмеявшись, я заключил ее лицо в ладони.
— Мне надо проверить, как там София.
Она старалась не встречаться со мной взглядом, ибо знала: я сумею прочесть по лицу, какое смятение владеет всем ее существом.
— Я с тобой.
Катерина медлит. Я чувствую её смятение. Она хочет прогнать меня? Черта с два?
Невзирая на внешнюю самоуверенность, я тоже терзался сомнениями. До Катерины я не знал отказа у женщин. А если очередная подружка хотела от меня больше, чем я желал ей дать, и начинала предъявлять права — я удалялся. Однако сейчас все было по-иному: я не хочу уходить, когда снова нашёл своё счастье. Катерина и моя дочурка - моё всё.
— Ну ладно, — словно против воли выдохнула наконец она.
Я поймал ее за руку и, ощутив слабую дрожь, улыбнулся. Чего я боялся? Женщины всегда умирают от страсти при виде меня. Полегче, парень, одернул я себя. Кто это тут умирает от страсти? Уж не ты ли?