Перед входом она заметила возмущенную женщину средних лет, которая с ненавистью разглядывала прикрепленную к двери записку:
Буду через двадцать минут.
– Безобразие! – воскликнула женщина, увидев Надежду. – Не ходите сюда!
– А в чем дело?
– Они вообще непонятно когда работают! Я неделю назад сдала им дочкино платье, обещали почистить за три дня, и вот уже несколько дней не могу получить. Позавчера зашла – закрыто на переучет, вчера – санитарный день, сегодня – вот эта записка… Вы им что-то сдать хотели? Так не советую, намучаетесь!
– Ну вроде же написано, что через двадцать минут откроют, – примирительно проговорила Надежда.
– Ага, через двадцать! Я уже второй час здесь кручусь, в магазин сходила, кофе выпила, а у них все закрыто! Если бы не нужно было срочно платье получить, плюнула бы и ушла!
Надежда Николаевна решила, что зря потеряла время, но тут из-за угла появилась полная женщина с волосами, выкрашенными в интенсивный огненно-рыжий цвет.
Несомненно, это была не Ольга Соловьева. Надежда узнала бы ее, во-первых, по описанию Марии, а во-вторых, она видела фотографии участников круиза, которые делала подруга.
«Надо же, эта тетеха Машка сумела кое-что заснять на телефон», – подумала Надежда Николаевна, зная, что у Марии с фотографированием всегда были сложные отношения. То все фигуры смазанные получаются, то – со спины… Надежда как-то попросила подругу сфотографировать детский праздник, на который сама не смогла пойти, так ни одной фотки с ее дочерью не оказалось. А чужие-то дети ей зачем? Но на этот раз, как ни странно, Машкино неумение сослужило хорошую службу. Хотела она заснять закат над морем, а получились на первом плане супруги Соловьевы в шезлонгах. Собиралась красивые берега сфотографировать, а получился профессор, разговаривающий с блогершей. Причем лицо у нее было такое злое, как будто он у нее кошелек украл.
«Ладно, с этими потом, сначала с химчисткой разберемся», – решила Надежда.
Рыжеволосая особа тем временем неторопливой, величественной походкой подошла к двери химчистки и достала ключи.
– Безобразие! – возмущенно воскликнула ожидавшая женщина. – Разве можно так работать?
– А в чем дело? – невозмутимо отозвалась рыжеволосая. – Вы же видите, я пришла. Сейчас я вас обслужу.
– Написано, что вы ушли на двадцать минут, а я прождала почти два часа!
– Ну мало ли что написано! – Приемщица открыла дверь, вошла внутрь, включила свет и проследовала за стойку.
Получив от возмущенной женщины смятую квитанцию, она внимательно ее прочитала, затем удалилась за перегородку, а вскоре вернулась с пластиковым пакетом, который положила на прилавок.
– Проверять будете?
– А как же! – Клиентка извлекла платье и удивленно уставилась на него.
– Что-то не так?
– Да это вообще не мое платье!
– Как это – не ваше? – Приемщица поджала губы. – Согласно квитанции, ваше!
– Я свое платье уж наверняка узнаю! То есть дочкино!
– Ну вы же видите – номер заказа совпадает с номером на квитанции! Так что никакой ошибки…
– Я вижу, что как раз не совпадает! Как вы смотрели? Здесь шестерка, а тут девятка!
– Ах, правда, извиняюсь…
Приемщица прежней величественной походкой снова удалилась за перегородку и вскоре появилась с другим платьем.
– Ну, а это ваше? – осведомилась она.
– Это мое… то есть дочкино… но, извините, вы его, по-моему, вообще не чистили! Здесь было пятно – так и осталось, и тут тоже… Что это такое? Безобразие!
– А чего вы хотите, женщина? Это же пищевая грязь, а у нас в договоре написано, что пищевая грязь отчищается без гарантии! Видите, вот здесь, мелкими буквами?
– Да тут так мелко, что невозможно прочитать!
– А если у вас плохое зрение, тогда к глазному врачу обращайтесь!
– Безобразие! Как деньги брать, так пожалуйста, а как работать – так вас нет…
– И незачем переходить на личности! – приемщица повысила голос. – Лично я, между прочим, за чистку вещей не отвечаю! Я отвечаю только за то, чтобы их принять и выдать!
– А кто отвечает за качество? Пригласите того человека! Я требую, чтобы мне вернули деньги!
– Требует она! – Приемщица повернулась и крикнула в глубину помещения: – Игорь Петрович, тут клиентка чего-то требует!
Дверь открылась, и из служебной комнаты появился интересный мужчина лет сорока. По описанию Марии Надежда узнала в нем Игоря Соловьева. На той фотографии в шезлонге на нем были темные очки, зато фигуру в плавках она хорошо рассмотрела. И по фигуре этот мужчина явно не тянул на администратора затрапезной химчистки. Мускулистый такой, подтянутый, спортивный…