– А как же! Я знаю твои правила. Но на этот раз не покупное печенье, а домашний пирог с абрикосами.
Пирога была ровно половина – то, что вчера удалось спасти от Машки. Муж от пирога отказался, сказав, что сыт по горло пиццами, гамбургерами и пирожками. Надежда обиделась, но тут как раз подвернулся Боб.
– Да? – Боб заметно оживился. – Нand made? Ну тогда ладно. Попробуем ваш пирог.
– Э нет! – Надежда погрозила ему пальцем. – Пирог – это награда, его еще нужно заработать.
– Да? А может, он невкусный. Может, он мне не понравится.
– Понравится, понравится, можешь не сомневаться.
– Ну хоть маленький кусочек! Должен же я знать, на что подписываюсь!
– Ладно… но только маленький.
Надежда протянула Бобу небольшой кусок пирога. Он сразу отправил его в рот и снова покосился на Надежду Николаевну:
– Что-то я не распробовал! Надеюсь, это не все?
– Найдется и еще. Но ты знаешь, что бесплатный сыр бывает только в мышеловке! Утром деньги, вечером стулья!
– Ладно, понял! – вздохнул Боб. – Что вам нужно?
Тут в деловые переговоры вмешался Димка:
– Программа распознавания лиц. Нужно по фото установить личность какого-то козла.
– Ну почему сразу козла… – остановила его Надежда. – С виду он довольно приличный человек. Хотя на самом деле…
– Ну, или барана…
– Ладно, оставим на потом его биологические параметры. Давайте сюда ваше фото.
Надежда протянула Бобу распечатанную фотографию профессора-самозванца.
– А в электронном виде нельзя? – вздохнул Боб. – Ну ладно, что с вас возьмешь…
– Пирог! – напомнила Надежда.
Боб вздохнул, нехотя выбрался из кресла, подошел к сканеру и вложил фотографию в его пасть. Прибор заглотил фото, и оно тут же появилось на одном из мониторов.
– Ну вот, дальше дело техники… – протянул Боб, снова усаживаясь в кресло.
Он несколько раз ткнул пальцами в клавиатуру, и экран ожил. На нем начали одно за другим появляться какие-то лица. Они появлялись на долю секунды, сверялись с лицом профессора, словно примеряя его маску, и тут же исчезали, чтобы смениться следующим.
Этот маскарад продолжался несколько долгих минут.
Наконец мелькание лиц прекратилось, на экране снова было лицо профессора. Правда, оно немного – почти неуловимо – изменилось. Чуть шире стали брови, немного смягчилась линия рта, поменялись прическа и цвет глаз…
Боб повернулся к Надежде:
– Ну, где ваш пирог?
– Э нет, сначала давай мне результаты!
– Результат – только после оплаты. А то в моей практике бывали случаи – работу выполнишь, а оплата…
– Слышали уже, слышали! Мы же с тобой не первый раз имеем дело. Я женщина честная, вот хоть Димку спроси. Давай уже, говори, кто это такой!
– Ладно, так и быть… перед вами Николай Иванович Расторгуев, одна тысяча девятьсот… ой, нет, что-то не то…
Портрет на экране снова замигал, примеряя новые маски. Так прошло примерно полминуты, и он снова принял прежний облик. Ну, или почти прежний.
– Странно… – протянул Боб. – Это не Расторгуев… так… одну секундочку… это Никита Владимирович Козловский… год рождения, правда, совпадает…
Тут экран снова замигал, замелькали новые лица.
Прошла минута – и опять на экране было прежнее лицо. С незначительными изменениями.
На этот раз Боб не стал ничего говорить.
Он ждал.
Прошло несколько минут – но лицо больше не менялось.
Боб повернулся к Надежде Николаевне и проговорил с легким смущением:
– Странно… похоже, что есть несколько человек с практически одинаковыми лицами. Но ведь так не бывает! Основные биометрические параметры лица так же уникальны, как отпечатки пальцев! Если только, конечно…
– Если только это не один и тот же человек! – отчеканила Надежда Николаевна.
– Ну да… – задумчиво протянул Боб. – Один человек, который несколько раз менял свои паспортные данные…
– И не только паспортные. Он менял вообще все, личные данные, биографию, становился другим человеком…
Боб повернулся к Димке и проговорил:
– А твоя знакомая соображает!
– Ну вот, наконец дождалась от тебя комплимента! Ты лучше скажи, как зовут этого… орла после всех изменений? Точнее, как его звали изначально?
– Да, а пирог? – вспомнил Боб.
– На, держи, заработал! – Надежда протянула компьютерному гению остатки пирога.
Он почти целиком запихнул его в рот и зачавкал.
– Ну, так как же его звали?
Боб повернул к ней монитор.