Дерек бегло поцеловал ей руку, поклонился мачехе и сразу прошел в дом, оставив Оливию на пороге.
Не дожидаясь больше приглашения, Оливия последовала за мужем в дом.
Увидев замок внутри, ее передернуло от отвращения.
В нос ударил запах старой, прелой соломы и плесени. Везде слой грязи и пыли. На столах было полно немытой посуды и остатков недоеденной пищи. Собаки были повсюду, обгладывая кости на полу. А те, что понаглее, запрыгнули на стол в поисках еды. В зале стоял полумрак, даже в светлое время суток. Дневной свет слабо проникал через окна, завешенные тряпками, похожими на лохмотья. Если бы не количество дыр в этих занавесках, то в зале было бы вообще темно.
Оторопев от увиденного, Оливия не могла пошевелиться. Ощущение собственной грязи с дороги не шло ни в какое сравнение с грязью кругом. До нее только сейчас дошло, что и во дворе замка тоже кругом была грязь и кучи хлама.
– Вы, наверное, устали с дороги? Хотите отдохнуть? – обратилась к ней Сисилия.
– Да, вы правы. Я хотела бы принять ванную.
– Для слуг у нас банный день один раз в неделю. Но вы ж не служанка, – язвительно пошутила она и засмеялась собственной шутке. – Я прикажу, чтоб бочку с водой принесли в вашу комнату.
И уже обращаясь к Дереку, она промурлыкала:
– Дерек, дорогой, ты же не против, чтоб моя комната оставалась прежней? Та, что расположена возле твоей как хозяина дома?
Дерек молчал. Сисилия ликовала.
– Я против! – слишком резко и громко проговорила Оливия.
Сисилия от удивления открыла рот и забыла его закрыть. На каменном лице Гвентин промелькнуло что-то наподобие улыбки. Дерек не ожидал такого поворота и тоже молча уставился на Оливию.
– Теперь это моя комната, и, будьте любезны, освободите ее, – продолжала настаивать на своем Оливия.
Что руководствовало Оливией в этот момент, она не знала. Но именно этот поступок сослужил ей хорошую службу в будущем, которое окажется нелегким.
Паузу нарушил хлопок в ладоши, потом еще один и еще один.
Все обернулись на звук.
Возле двери, ведущей в кухню, стояла улыбающаяся невысокого роста с пышными формами пожилая женщина. Она открыто смотрела на Оливию и искренне ей улыбалась.
– Лентяи, – крикнула она двум мужчинам, развалившимся на скамейке возле стола для прислуги, – а ну, живо выполняйте приказ молодой хозяйки.
Лишь потом Оливия поняла, что это были аплодисменты, адресованные ей.
Все засуетились и забегали, освобождая комнату и приготавливая воду молодой хозяйке.
А вот поведение Дерека в этот момент было непредсказуемым и удивительным.
Увидев эту приятную улыбающуюся женщину, он весь преобразился. Исчезли с лица холодность и отчуждение. Он искренне заулыбался и, протягивая обе руки, поспешил к ней.
– Марта, дорогая. – И женщина буквально утонула в крепких объятиях Дерека.
Он поцеловал ее в щеку и не хотел отпускать из своих объятий.
– Мальчик мой, как я рада тебя видеть. За эти пять лет ты стал уже совсем взрослым и еще больше вырос.
– А ты совсем не изменилась.
– Льстец и лгунишка. Но мне приятно. А теперь познакомь меня со своей женой и нашей хозяйкой.
– Оливия, дочь лорда Стардфордского. А поближе познакомиться с ней у вас будет еще время, – слишком холодно и безразлично проговорил Дерек, отстраняясь от пожилой женщины. – Сейчас у меня много важных дел с дороги.
Наблюдая за этим теплым приемом, Оливия совсем запуталась.
Оказывается, Дерек – не каменное изваяние, он способен испытывать теплые чувства и даже проявлять их. Но, как видно, этому удостаиваются немногие. Слишком холодное отношение к ней, отчужденное приветствие с мачехой и невесткой тому подтверждение.
Марта и Оливия обменялись несколькими общими фразами, и пожилая женщина показала ей комнату.
Приготовленная комната для Оливии разительно отличалась от всего замка. Она была большая, светлая, а главное – чистая.
Наверное, это единственное место в замке, где следили за чистотой.
За ужином Оливия только убедилась, что в этом доме всегда царят полный беспредел и хаос.
Блюда, подаваемые на ужин, не отличались особыми кулинарными изысками. Казалось бы, хозяин вернулся домой.
Слуги, воины, собаки, куры, свежая пища, объедки, оставленные с обеда, мусор, грязь, обглоданные кости на полу – все это было одновременно и в одном месте.
В такой обстановке Оливия не смогла проглотить ни кусочка, потеряв аппетит и боясь отравиться.
С Дереком они не проронили ни одного слова за ужином.