Турнир доблести и чести открыт.
Король взошел на трон.
– Дорогие мои подданные. Настало время открыть очередной ежегодный турнир доблести, отваги, мужества и силы. Каждый из вас удостоен чести принимать участие в этом турнире. Но победитель будет один. Каждый из вас знает правила турнира, которые неизменны и непоколебимы. На поле боя вы соперники, но за его пределами и в стенах замка каждому запрещается оголять оружие и проливать кровь. Нарушившего мой приказ ждет смертная казнь.
И каждый знал, что слова короля – это закон!
– Да победит сильнейший!
Прозвучал звук торжественного горна.
Все рыцари на лошадях выстроились в шеренгу. В этом турнире не было ограничений по возрасту. Титулы здесь ничего не значили. Лишь смелость, ловкость, отвага, мастерство и удача принимались в счет.
Оливия много слышала от отца о таких турнирах. Сам отец неоднократно принимал в них участие. И даже несколько раз был победителем. Но последние десять лет был лишь зрителем. Сама Оливия присутствовала на турнире впервые.
Турнир состоит из нескольких испытаний и этапов.
Каждый воин должен показать свое умение в стрельбе из лука, метании копья, владении мечом и в поединке друг с другом.
В первый день соревнований выбыло несколько десятков воинов, не показав особых достижений в стрельбе из лука и метании копья.
Оливия ловила себя на том, что весь день ищет взглядом своего мужа. А когда он выходит на поле, вся напрягается и замирает в ожидании его победы. С восхищением наблюдает за его ловкостью и мастерством. Каждая его победа, как ее собственная. Каждый его противник, как ее собственный.
Очередной меткий выстрел. Трибуны ликуют. Радость наполняет болельщиков.
И в этот момент она ловит его взгляд. Легкая улыбка касается его губ. Он дарит ей свою победу.
Она отвечает на его улыбку и не хочет прерывать тонкую нить, повисшую между ними.
Все последующие свои победы лорд также посвящает ей. Их немой диалог набирает обороты и уже становится традицией. Для всех не секрет, что супруги Фергисон увлечены друг другом.
Женщины завидовали Оливии, а некоторые ревновали.
Мужчины в свою очередь злились на каждую победу лорда и завидовали его везению. А некоторые даже пытались добиться внимания и благосклонности леди Фергисон, посвящая ей свои победы. Но это было безрезультатно. Она их даже не замечала.
Самим супругам хотелось верить, что каждый из них сейчас не просто играет видимую роль для короля и всего общества.
В веренице состязаний прошел первый день турнира. Довольные победами и огорченные поражениями, все участники и зрители покинули арену. В честь первого дня состязаний был устроен праздничный ужин.
На вертелах уже румянились целые тушки барашков, свиней и молоденьких бычков. Десятки бочонков отборного вина были подняты с королевских погребов. Праздник был в самом разгаре. Гул голосов, музыка, веселый смех и танцы наполнили залы дворца.
Оливия весь вечер была в обществе сестры. Их мужья находились с королем, обсуждая события первого дня турнира.
Воспользовавшись удобным случаем, Грэм весь вечер не покидал Оливию, добиваясь ее внимания. Он не скрывал своих ухаживаний и увлеченность ею. Его одолевало острое желание обладать тем, что когда-то могло быть его. За два года Оливия стала еще красивее, ее юношеские формы стали более соблазнительными, манера держаться гордо и неповторимо опять пленила его. Он с трудом мог оторвать взгляд от ее пышной груди и округлых бедер. Все остальные девушки на фоне Оливии меркли или вообще становились безликими.
Его воображение рисовало множество разнообразных и откровенных картин их любовных игр. Вчера он лишь засыпал с мыслями о ней. А сегодня его влечение и страсть многократно возросли. Ему приходилось сдерживаться, чтобы держать руки при себе и не рассматривать слишком откровенно.
Оливии льстило внимание Грэма, но он не волновал ее тело и душу. От его глаз не замирало сердце, от его запаха не шла кругом голова, не его голос радовал слух, не его рук хотело ее тело.
– Оливия, – окликнула ее Вероника, наклонившись к уху, – Дерек тебя ревнует.
– Этого не может быть.
– Я тебе говорю. Он тебя ревнует. И при этом не только к Грэму.
– С чего ты взяла?
– Да посмотри, как он на тебя смотрит. Он готов каждого взглядом убить, кто к тебе приближается или смотрит в твою сторону. Он вообще не слушает, что говорит король, а целиком сосредоточен на тебе.
– Вероника, ты все опять придумала.
– Ты упертая, слепая, да еще глупая, если не видишь очевидных вещей.
– Это кого моя жена называет слепым и глупым? Не меня ли? – раздался голос Роберта.