— Блядь, — прорычал он, похоже, ошеломленный моей реакцией. Он скорее поглощал мою киску, чем лизал ее. К этому моменту это уже не могло считаться принуждением. Это было любовной атакой мужчины, пожирающего меня с голодным рвением.
— Прекрати, о, черт, — прохрипела я.
Я крепче вцепилась в его волосы, не зная, хочу ли оттолкнуть его или заставить закончить работу. Судя по тому, как выгнулась моя спина, скорее всего, это было последнее.
Мои ноги задрожали. Я практически впилась ногтями в его голову и шею, в поисках освобождения. Должно быть, это было больно, но он не отпустил меня. Вместо этого он лизал со всей сокрушительной настойчивостью.
Несмотря на мои попытки остановить это, я не смогла сдержаться. Мои глаза зажмурились, а киска плотно сжалась. Еще один стон вырвался наружу, как бы сильно я ни старалась его подавить. С последним криком я отпустила себя.
— О, Боже!
Дэймон был больным ублюдком, который мог убить меня. Получать удовольствие с ним было монументально глупо. Невероятно идиотично. Но этого было не изменить. Такого не было ни с кем другим. С ним я была живее всех живых и в то же время готовой умереть.
Ненасытный язык Дэймона подвел меня к новому оргазму. Мои мышцы сжались, когда два его пальца скользнули внутрь. Поток влаги вырвался из моего тела, когда он согнул пальцы и прижал язык к моему клитору. Дэймон поглощал вытекающую из меня жидкость, словно это был кислород, необходимый ему для выживания, его развратные звуки эхом разносились по комнате вместе с моими.
Чувствуя себя почти в обмороке, я больше не обращала на Дэймона пристального внимания. Лишь смутно заметила, как он трется о матрас, возбужденный моим сквиртом. Словно не в силах больше ждать, Дэймон рухнул на колени и одним мощным толчком вошел в меня.
— Черт, — прорычал он, уткнувшись в меня лицом.
— Господи, Дэймон. Остановись.
Даже после сквирта он был слишком огромным. Мужчина был вдвое больше меня, и это отражалось… во всем.
В ответ Дэймон задвигал бедрами, проталкиваясь внутрь. Его губы нашли мою шею.
— Я не могу. Каждый гребаный раз, когда я оказываюсь внутри тебя, это делает меня еще более безумным. Мне нравится делать тебя своей.
Дэймон не стал проявлять терпения и сжал мои бедра достаточно сильно, чтобы остались синяки, раздвигая их еще шире. Он накрыл ладонями мои груди и вонзился в меня так, словно ждал уже слишком долго.
Дэймон наклонил голову и стал искать мои губы. Инстинктивно я отвернулась от него. И хотя я отвела взгляд, оглядывая комнату, мне не удалось скрыться от пронзительного взгляда голубых глаз.
— Я предлагаю начать привыкать к моим поцелуям, потому что сколько бы ты ни отворачивалась, тебе некого будет целовать, кроме меня.
— У моей семьи в запасе полно мужчин в очереди за мной, — бесстрастно ответила я. — Как только я выберусь из этой ситуации, возможно, я откроюсь для идеи поцелуев с ними.
Тело Дэймона излучало ярость. Он говорил спокойно, хотя следующие слова были пропитаны таким гневом, что потребовалось несколько секунд для осознания.
— Если ты когда-то поцелуешь кого-нибудь, кроме меня, я убью его. А если ты бросишь меня и выйдешь замуж за другого, я убью нас обоих.
Услышав это кровавое заявление, я резко повернула к нему голову. Дэймон ухватился за возможность и вцепился в мой подбородок. Он просунул язык в мой рот и впился в него таким глубоким поцелуем, что мое тело затряслось, а дыхание перехватило.
Мои внутренние мышцы инстинктивно сжались вокруг него. Дэймон почувствовал это и громко застонал.
— Черт!
Моя спина выгнулась от оргазма такой силы, что мой рот открылся, а глаза закатились.
Вскоре Дэймон последовал за мной. С последним толчком он погрузился глубоко внутрь и яростно взорвался во мне без предупреждения.
Мудак снова кончил в меня, не предохраняясь. Я планировала убить его, но мои пальцы не переставали дрожать. Глаза отказывались открываться, а тело перенеслось в мир, из которого, казалось, я не могла вернуться. Я едва осознавала, что член Дэймона все еще пульсирует во мне, когда его тело обмякло. Его губы лениво прошлись по моим щекам.
— Где мы?
Я тяжело дышала, все еще не открывая глаз. Мы находились в незнакомом месте.
— В моей квартире. Мы прилетели прошлой ночью, — терпеливо объяснил он, прежде чем переместить свой вес. На секунду я подумала, что он слезет с меня, но вместо этого услышала, как он открывает ящик.
Звук был похож на ночной столик. Я наморщила лоб. Люди хранили странное дерьмо в своих ночных столиках. Неужели Дэймон собирался достать секс-игрушку?