Леон без предупреждения развернул меня и прижал своим крепким телом к стене. Холодное дерево за моей спиной контрастировало с теплом, исходящим от него, как будто его пылающая грудь могла поглотить меня. Его грубые и требовательные руки обхватили мою талию, словно он хотел причинить мне боль, словно он пытался вырвать у меня молчание, которого я придерживалась.
Когда он поцеловал меня, в его поцелуе не было нежности. Это было наказание. Это было отчаяние с привкусом металла и горячей слюны.
Его зубы царапнули мою нижнюю губу, и я застонала, не от боли, а от воспоминания о том, кем мы были когда-то и, возможно, остаёмся.
Одежда полетела в сторону. Не было места для тщеславия, не было места для заботы. Он тянул, рвал, раздевался, как человек, который руками разрывает сомнения. Я отдалась ему, не сводя с него глаз и сгорая от гнева, тоски и сопротивления.
Леон перевернул меня на спину и с размеренной жестокостью наклонил над кроватью. Его руки крепко сжимали мои бёдра, как будто, удерживая меня в таком положении, он мог сдержать всё, что вырывалось наружу... другую женщину, прошлое, ошибку, страх, что я тоже уйду.
— Не думай, — пробормотал он хриплым голосом. — Просто почувствуй это.
— Я чувствую, — ответила я, стиснув зубы. — Я чувствую, как ты тащишь меня за собой.
И он вошёл в меня. Плавно. Глубоко. Без остановки. Как будто хотел погрузиться в меня так глубоко, чтобы мир вокруг перестал существовать.
Сначала была боль, но это была знакомая боль... которую я хотела. Потому что вместе с ней пришло облегчение.
Он овладел мной крепко, с неумолимой быстротой, прижимаясь своими бёдрами к моим, как к необработанной стали. Его пальцы скользили по моей спине, царапали, сжимали, обшаривали каждый дюйм, словно татуируя его присутствие там. Я вцепилась в простыни, опустив голову, и мои глаза наполнились слезами. Это было то, что осталось между нами: тело, сила и взрыв, когда не хватало слов.
— Ты моя, — прорычал он, усиливая движения, быстрее, отчаяннее. — Всегда была моей.
— Тогда трахни меня, — прошептала я. — Но не для того, чтобы я заткнулась. Трахни меня так, чтобы я не забыла, что я всё ещё твоя.
Он положил руки мне на шею и сжал их достаточно сильно, чтобы я почувствовала это, но не причинил мне боли. От этого жеста у меня внутри всё сжалось. Давление. Ритм. Его стоны. Всё слилось в оркестр интимного хаоса.
Я плакала и смеялась, ноги у меня дрожали, а душа была в клочья. Потому что посреди этой жестокости я чувствовала всё это и знала, что это разрушает и его самого.
Когда он вошёл, то издал сдавленный крик, вцепился руками в мои бёдра и рухнул на меня.
Леон нависал надо мной, ничего не говоря и не уходя. Он тяжело дышал, как будто бежал от собственной тени и всё же не мог убежать.
Я лежала на боку, устремив взгляд в потрескавшийся потолок, и я понимала…
Может быть, мы пытались исцелить себя, а может быть, просто медленно убивали себя. Но, по крайней мере... вместе.
ГЛАВА 38
Дом погрузился в пугающее безмолвие, каждый предмет мебели стоял на своём месте, все двери были заперты, а каждая тень лежала именно там, где должна была. Однако внутри меня всё было не так. За рёбрами нарастало знакомое гудение, похожее на волну, которая формируется ещё до того, как море осознаёт, что оно бурлит.
Я спустилась вниз, затаив дыхание. Моё тело всё ещё дрожало после прошлой ночи... после того, что Леон сделал со мной, после того, что я позволила, после того, о чём я умоляла, не произнося этого вслух. Стук моих босых ног по дереву казался слишком громким, даже когда они едва касались земли.
Я не знала, хочу ли я уйти, я просто не могла остаться. Не после того, что он сказал, после того, что было скрыто под комнатой, и после того, что росло внутри меня, невидимое для других.
Ручка была холодной, как металл наручников. Я медленно повернула её, чувствуя, как дрожат мои пальцы. Защёлка издала тихий, ненавязчивый щелчок, который, казалось, разнёсся по всему дому.
Сердце моё бешено колотилось, я пыталась выровнять дыхание и крепко сжимала дверную ручку, осторожно открывая дверь и чувствуя, как Лесной ветер бьётся о моё лицо, словно предупреждая или приглашая. Но прежде чем я успела сделать первый шаг, я почувствовала тяжесть, услышала звук и ощутила дыхание позади себя. Он был там.