— Женимся мы скоро, — ответил Бурлак.
— Ну ты даешь, племяш! — рассмеялся Семен. — Может, забрюхатела Алка? Так я тебе бабок подгоню…
— Слышь, ты, миллионер хренов, — разозлился старик, — шел бы ты своей дорогой! А ты, Жорка, не обращай на него внимания. Семья — дело хорошее. А этот, — он кивнул на Семена, — все деньгами меряет и жену свою с двумя детьми кинул.
— Да они без меня лучше живут, — усмехнулся Семен. — А насчет Алки ты подумай хорошенько.
— Свали! — шагнув к нему, процедил Бурлак и от резкого удара в солнечное сплетение упал на колени. Здоровяк посмотрел на Семена.
— Хватит с него. А ты, Матвей Савельевич, скажи, пусть ко мне придет. Ведь Москва на хрен не нужна, когда бабки иметь будет и жизнь почувствует. И насчет Алки пусть обязательно подумает, — повторил он и пошел по кромке берега.
— Точно они? — спросил сидящий в катере Гладкий.
— Эти, — кивнул худощавый парень в темных очках. — Мотогонщик видел Бурлака с ними в кафешке под Воронежем. Да и тут вроде общались они, Коготь, говорил, и мент с ними. Кто такой, не выяснили.
— Чего сопли жуете? — недовольно спросил Гладкий. — Узнайте. Бурлака пока не трогать, я с ним сам потолкую, когда выясню, кто такой мент и что это за семейство.
— Мент вон там, — кивнул худощавый на плывущего к катамарану Василия.
— Проследите за ними, — приказал Гладкий. — И узнайте, кто эти…
— Из Белгорода, — вмешался рыжий парень. — Судя по номерам на тачках. Они на двух «пятерках» ехали. Так по крайней мере Мотогонщик говорил.
— Понятно, — пробурчал Гладкий. — В общем, узнайте, что за мент, и об этих отдыхающих. Скорее всего тоже менты приехали к приятелю.
— Видно, живут они недалеко, — проговорил худощавый, — каждый день тут тусуются.
— Может, в доме отдыха? — предположил рыжий. — Тем более все с детьми. У одних вроде девчонка и пацан, у других девчонка. У мента тоже сын и дочь. Вон мусор плывет к катамарану.
— Узнать о каждом. Поехали! — скомандовал Гладкий.
Катер, фыркнув мотором, рванулся вперед.
— В общем, узнай о них все, — сказал по телефону Семен. — Желательно выйти на хозяина. Сто процентов, они на кого-то пашут. И было бы класс иметь своих людей в столице. Расширять бизнес давно пора, но просто так соваться туда опасно, менты научились работать.
— Сэм, — раздался женский голос, — милый, ты где?
— Да тут я. — Он отключил сотовый. — Хочу сделать твоему папуле сюрприз. — В комнату вошла молодая красивая блондинка.
— Не советую, милый. Папулечка терпеть не может сюрпризов. Он должен знать все, это его принцип, и я с ним согласна.
— Есть шанс заиметь связи в столице, а значит, расширить поле деятельности. В столице, кстати, и цены гораздо выше.
— Поговори с папулечкой, пока еще ничего не сделал, иначе можешь нарваться на неприятность вместо благодарности.
— Хорошо, госпожа! — Семен поцеловал ей руку.
— Мне нравится, когда ты так говоришь, — величественным жестом она коснулась его головы, — мой первый рыцарь.
— Благодарю вас, госпожа.
— Ты видел Гладкого?
— Нет еще. А почему ты спросила? Он тебе…
— Перестань, Сэм. Похоже, ваши интересы сходятся. Он приехал из-за Бурлакова, а ты тоже заинтересовался им. Уж не Бурлака ли ты имел в виду, когда говорил о связях в Москве?
— Не его, а хозяина Бурлака. Правда, я не знаю, чем именно он занимается в столице с этой шалавой Алкой. Но судя по его сообщению о скорой свадьбе, дела идут неплохо. А следовательно, хозяин Бурлака будет заинтересован…
— Не думаю. Торговля наркотиками и уличные грабежи — разные вещи. Вряд ли уголовники будут заниматься наркобизнесом-. Это раз. И второе: ты уверен, что среди друзей Бурлака нет наркоманов? В общем, советую даже не думать об этом.
— Знаешь, Инга, я не нуждаюсь в советах. Я все проверю, а уж потом приму решение. В конце концов я имею долю в деле твоего папулечки. — Семен усмехнулся. — И имею право на самостоятельное решение.
— Вот как? Ну что же, милый, ты волен поступать как угодно. Но хочу предупредить — без меня. Так что прежде чем принять решение, подумай об этом. — Инга направилась к двери.
— Да кем ты себя возомнила? — насмешливо спросил Семен.
— Слушай, ты, — она резко повернулась, — ты быстро забываешь! Если бы не я, тебя уже не было бы в живых. А ты не забыл потерянную тобой партию ценой в сто двадцать тысяч? Я не дала отцу убить тебя. Не позволила ему лишить жилья твоих детей и бывшую супругу. Надеюсь, ты не забыл об этом?
— Постарайся меня понять, — негромко отозвался Семен. — Я хочу быть независимым. Мне многое не нравится в делах твоего отца, например, постоянные потери товара. Его непонятное нежелание расширить поле деятельности. Ведь мы вполне можем…