— Да где же он есть-то? — Татьяна выключила чайник. — Видно, нажрался. — Она вышла на террасу. Увидела загоревшийся во времянке свет. — Пришел, — облегченно вздохнула Татьяна.
— Эдик! — позвала Евгения. — Что-то Альфа лает.
— Иду. — Худощавый мужчина лет пятидесяти вышел из дома.
— Куртку надень, дождь сильный.
Он набросил на плечи потертую кожаную куртку. Во дворе, не выходя из будки, громко лаяла собака.
— Тихо ты! — прикрикнул Эдуард, подошел к калитке и приоткрыл ее. В небе вспыхнул зигзаг молнии. Он пригнулся. — Раз, два, три, — начал считать он. — Четыре, пять, шесть. — По небу прокатился раскат грома. — Далеко, — буркнул он. Увидел стоящую у дома напротив «Ниву». — Вечер и дождь — самое то, — проворчал Эдуард. — Эй! — крикнул он. — Они в Белгород уехали! Вернутся сегодня, а может, и завтра!
— Спасибо, — отозвался женский голос.
— Да не за что.
«Нива», сдав назад, встала на раскисшую дорогу и отъехала. Проводив ее взглядом, Эдуард вернулся в дом.
— И сто граммов не нальют, — подмигнул он жене. — Хотя Сашка может, а ведь у Гальки хрен допросишься.
— Молчи, алкоголик, — рассмеялась Евгения. — Как себя чувствуешь?
— Да получше, чем в больнице.
— А кто это был?
— Без понятия. «Нива» какая-то. Баба и мужик. Вроде трезвые. После дождя грязь, а они приехали зачем-то.
— А кормить скотину у Сашки кто будет? — сердито спросила вошедшая во времянку Татьяна.
— Я не смогу, — пробормотал муж.
— Господи! — ахнула она, увидев насквозь промокшую грязную одежду. — Где же ты был-то?
— Домой шел, — ответил из ванной Юрий, — через огород. Хорошо, молния сверкнула, а так бы…
— Короче, наработался. — Татьяна собрала одежду.
— А со скотиной ничего не будет, не помрут.
— Да я уже загнала ее! — Она вышла.
— Перебрал я сегодня, — лежа в ванне, в который раз отметил Юрий.
— Интересно, где ты болтался? — сердито спросила Зоя. — Неужели не видел, что начался дождь и надо домой идти?
— Мы думали, кончится, — тихо ответил сын. — А потом…
— Заболеешь — месяц на улицу не выйдешь!
— И в чем ты снова провинился? — В дом вошел Серов. Сняв фуражку, стряхнул воду. — Ну и льет! Понятно!.. — увидев мокрую Ромкину футболку и грязные кроссовки, засмеялся он. — И какое наказание последует? — Он поцеловал жену.
— Если заболеет, после выздоровления месяц не гуляет, — все еще сердито отозвалась Зоя. — А у тебя все нормально?
— Да, — кивнул Юрий.
— Иди ужинать, — выпроваживая взглядом сына, сказала Зоя.
— Значит, так ничего и не говорит? — недовольно спросил Григорий Михайлович.
— Нет, — ответил Голубев. — А что у вас с настроением? Что-то вы…
— Губинский умер. Зорин звонил. Правда, есть и хорошая новость. По крайней мере для нас. Врач успела записать слова Губинского на диктофон. Он говорил о документах и даже о том, что кому-то они были нужны. Все это подкрепляет мою уверенность в том, что Голина убили, но только мою. Слова умирающего можно истолковать как угодно. Он не назвал ни единой фамилии.
— Да, этого мало. Точнее, это совсем ничего. Но все-таки…
— Кроме того, Зорину удалось выяснить, что как только Губинский пришел в себя, кто-то из больницы звонил в Москву. Имеется телефонный номер. Сейчас я думаю, кого бы в Москве привлечь к установлению абонента, но никого не могу вспомнить. Никогда не думал, что придет такое время, когда будешь мучительно вспоминать, кто, на твой взгляд, остался честным ментом. У тебя есть кто-нибудь на примете?
— В Москве никого. Но можно поговорить с Вараевым. Он же перевелся к нам из столицы, и наверняка у него там есть друзья. Надо съездить в Таганрог и поговорить с Васькой, мужик он надежный.
— Ему придется все объяснять, а этого не хотелось бы. Он с кем-то из друзей поделится, кто-то из них еще с кем-то. Понимаешь?
— Понимаю.
— Надо выяснить, кому звонили из больницы. Номер телефона тем и дорог, что мы сможем узнать хозяина. Кто ему звонил, Зорин выяснит. А что твои информаторы? Ничего нового не говорили?
— По этому делу нет. Но я всех настроил на это. Очень настораживает то, что сюда съезжаются какие-то люди. Проверка документов ничего не дает. Вроде как просто приехали отдохнуть. И тем не менее есть труп. Опознать его не удается. Вся надежда на отпечатки пальцев. В нашей картотеке таких отпечатков нет. Будем ждать, что скажет архив. Кто-то убил Караеву и ее тетку. И никаких зацепок. Мотоцикл, кстати, нашли. Его угнали из Таганрога. Я не рад, что отправил Голикова к теще, боюсь, вдруг…