— А мента из Тулы кто взял?
— Говарский. И убил. Рукавишникова тоже убрали вовремя, он бы раскололся и скорее всего пошел бы с повинной. На него почти ничего и не было. Но ему звонила санитарка из клиники, я так понимаю — Говарский хотел заиметь Рукавишникова, он все-таки знакомый Ростина. Но Ростин выяснил, куда звонила санитарка. Говарский поступил очень мудро. Санитарка — уголовница, и с ней на связь вышли люди Батьки. Но Говарский сумел убедить его, что давать телефон кого-то из его людей опасно. И оказался прав. Рукавишников, я уверен, уже мертв.
— И что делать? — спросил «камуфляж».
— Ты, Крутой, в любой момент должен быть готов выехать в Таганрог. Подключишь своих знакомых и сделаешь все, чтобы забрать документы у Бурлакова. Вот борсеточник хренов, намутил воды!..
— Да я хоть сейчас поеду, — сказал Крутой.
— Сейчас рано. Но будь готов в любую минуту первым же рейсом выехать в Ростов.
— Дай попить, пацан, — попросил от калитки плотный парень в темных очках.
— Сейчас! — Роман побежал к крыльцу и через минуту вышел с литровой кружкой. Осторожно, боясь расплескать, подошел к «ауди». Парень взял кружку и сделал несколько глотков.
— Будешь? — спросил он водителя.
— Нет, — ответил тот. Парень допил воду и отдал кружку мальчику. К калитке шла Зоя Серова.
— Что вам нужно? — спросила она.
— Да попить мальчишка дал. А что, воды жалко?
Не ответив, Зоя вошла во двор и закрыла калитку.
— Тебе сколько раз нужно говорить, — негромко сказала она, — чтобы не открывал незнакомым?
— Я во дворе играл, — отозвался сын, — а они остановились и попить попросили. Я и дал воды.
— Спасибо, малец! — Парень повесил кружку на железную пику калитки. — А маманя твоя злая. — Он сел в машину. «Ауди» рванулась с места. Зоя, повернувшись, посмотрела на номер и покачала головой. Номер был замазан грязью.
— Дождь был три дня назад, машина чистая, а номер грязный. Вот что, Ромка, никогда так больше не делай. Незнакомым ничего не давай и не разговаривай с ними. Понятно? А если войдут во двор, сразу звони мне на сотовый и зови соседей.
— Ладно, — вздохнул мальчик. Зоя снова посмотрела вслед машине.
— Да баба его работает где-то, — сказал в сотовый парень. — Пацаненок дома один. Запросто можно зайти, мальчишка не пугливый. Зато она та еще стервоза, хотя выглядит ништяк. А ментяра участковый…
— Как о нем отзываются? — перебил его Эдуард.
— Да кто как. Но все говорят, что не трус. И спуску никому не дает. В общем, ментяра тот еще. А кент его, Слива, куда-то на курорт укатил с бабой своей.
— Возвращайтесь. И не влезьте в историю.
— «Ауди»? — переспросил Юрий.
— Белая, — ответила жена. — Номер замазан. Но дождь был позавчера.
— Может, откуда-то из деревни. Ладно, я домой собираюсь. Приеду и поговорим.
— Ну что же, — записав что-то в блокноте, Ростин улыбнулся. — Похоже, вся компания собралась. Спасибо тебе.
— Да не за что, — отозвался мужчина. — Только я тебе вот что скажу, зря ты эти игры затеял. Дело очень серьезное, они пойдут на что угодно. Кстати, ты должен это понять на примере Голина и Зорина с врачом.
— Понимаешь, Леха, на них нет ничего, не на чем прихватить. Одни догадки и предположения. Я слышал от Голина только фамилии. И что? Расследование свелось к рядовому ДТП. А ведь был такой же случай с гвоздем, но на это не обратили внимания. Да в принципе и хорошо, иначе вышли бы на киллера, которого они наняли, а они его успели бы убрать. Зато я им предлагаю то, что им так необходимо, из-за чего погиб Юрка Голин, из-за чего убиты Зорин и врач. И они приедут, все приедут. Потому что не доверяют друг другу и боятся, что кто-то из них получит документы. А я бумаги им покажу, но не отдам. Документы…
— А не легче было отдать бумаги хотя бы мне? — перебил его мужчина. — И упрятать их…
— Я хочу всех увидеть и спросить, как они могли делать то, что делали, и сейчас пошли на убийство. Конечно, Зорин сморозил глупость, поехал в Москву, хотя я запретил ему. Но он верил Рукавишникову, да и я верил. А врача за что? За запись, которую она сделала? Или дать им возможность и дальше убивать? Нет, Леха, я их конец, я не одинокий рейнджер, как ты говоришь, а разъяренный мент. Неужели мало того, что они уже сделали? Да ведь они начали убивать снова. Нет, пора за все им держать ответ. Я им даже застрелиться не дам.