— Не подходи, стрелять буду, — простонал лежавший на земле лейтенант.
— Я те стрельну, Орехов! — крикнул Андреев.
— Это вы, товарищ капитан, — узнал его милиционер. — Мне сказали, что на скамейке человека убили, побежал сюда и увидел мужика. Крикнул «стой», а он пистолет выхватил. Я выстрелил, и тут в меня другой…
— Ростин жив! — доложил оперативник. — Чупов тоже.
— Баба, ну, то есть женщина, сказала, что они мертвы, — промычал Орехов. — Она хирург, меня перевязала. Пуля навылет прошла.
— Хорошо стреляешь, — одобрительно проговорил Андреев.
— Да повезло просто, — вздохнул старлей. — Вообще-то я неважно стреляю.
— Две пули, и обе в голову — отметил Андреев. — Молодец! — посмотрел он на старшего лейтенанта.
— Что? — удивленно спросил Голубев по телефону. — Вот это да! Присматривай за ними. Григорий Михайлович убит Чуповым. Место, где держали Лену с сыном, нашли?
— Да, — послышалось в ответ, — в строящемся коттедже Короля. Он его для дочери строит. Убитые там — люди Лапы. Горелый недавно освободился, Лапа его и пригрел. Горелый — авторитет среди уголовников и, услышав о том, что его подельники собираются убить ребенка и изнасиловать женщину, выступил против. В общем, Лене повезло. А Ростина жаль.
— Ах ты, сука! — В кабинет Короля ворвался Лапин. — Решил меня под ментов подставить!
— Ты чего орешь? Пшел вон! — Король кивнул на дверь.
— Ты на кой хрен моих парней подписал на захват дочери Ростина?! — Шагнув к столу, Лапин выхватил пистолет.
— Может, ты меня убьешь? — насмешливо спросил Король.
— Менты, шеф! — вбежал в кабинет бритоголовый. — Лапу спрашивают!
— Сдал, сука! — взревел Лапин и дважды выстрелил в Короля. Тот упал на пол вместе с креслом. Лапин, обернувшись к парню, всадил ему пулю в руку с пистолетом. На выстрелы с улицы бежали трое с оружием в руках.
— Гришка!.. — Плачущая Ксения Ростина покачнулась. Ее подхватил Голубев.
— Врача! — крикнул он.
— Найди Малику Ваеву, — приказал Ворону Говарский. — Через нее можно выйти на Мускаева, он был у нее три дня назад. А что дальше, ты знаешь. Кстати, как там Капитан с Турком?
— Отлично работают.
— Значит, я не ошибся в выборе.
— Капитан знает о тех делах, да и Турок тоже. Они…
— Сопровождали груз, — договорил за Ворона Говарский.
— Молодец Говарский, — сказал Вайс, — ловко он все провернул.
— Ловко-то ловко, — пробормотал Остапов. — Но только до экспертизы. А дальше что?
— Он подставил Лапу с Королем, да и Чупова. Я бы так не сумел.
— Но он не все продумал. Основное — документы, а мы их так и не взяли.
— Но Говарский совершенно спокоен и говорит, что документы будут.
— Я был бы совершенно спокоен, если бы были документы. А все остальное без надобности. Документы — вот ради чего я ввязался в это. Да и ты тоже.
— Но Ростин убит, да и Чупов тоже. Думаю, ни у кого нет сомнений в том, что Чупов убил Ростина. В том, что дочь Ростина похищена парнями Лапы, тоже известно. Говарский все рассчитал, и вышло как нельзя лучше. Они просто поубивали друг друга. Нам не пришлось вмешиваться. Конечно, если бы удалось получить документы, было бы вообще прекрасно. Но Говарский уверяет, что это дело нескольких дней.
— А ты не думаешь о том, что, пока мы здесь заметаем следы, убирая знающих нашу вторую жизнь людей, документы изучает следователь ФСБ и вот-вот приедет группа захвата?
— В общем-то я не думал об этом. Но если это случится, я застрелюсь.
— Кажется, ты перестал верить в то, что документы будут у нас.
— Знаешь, я почему-то совершенно не волнуюсь по этому поводу. Да, когда они пропали, у меня было чувство, близкое к панике, я всерьез подумывал о самоубийстве. И спас меня Говарский. Я поверил, что все можно исправить. Теперь о документах. Ростину Бурлаков их не отдавал, это очевидно. Иначе бы он просто покончил с нами и не стал бы дожидаться нашего приезда. Значит, они у Бурлака. Но милиция тщательно обыскала его вещи и дом, где он прятался. Документов нет. Значит, он сжег их.
— А это вполне возможно. Бурлак увидел, как убили женщину, которой он подменил дипломат, узнал, что погиб его подельник, подумал, что его тоже убили, и в панике сжег документы. А потом ему ничего не оставалось, кроме как прятаться. Иначе он пошел бы к Ростину, все ему объяснил и жил бы спокойно. Он уничтожил документы.
— Я бы так не утверждал, — вошел в комнату Говарский. — Конечно, эта версия в свете всех событий наиболее убедительна, но она не единственная. И пока я не услышу рассказ Бурлака и не найду подтверждения его словам, буду продолжать поиск. Утешает одно — документы не задействованы. Вывод прост: или Бурлак их уничтожил, или где-то спрятал. Не для того, чтобы использовать их. Значит, имеются только два варианта. Он их уничтожил — раз. Спрятал — два. Я отдаю предпочтение второму. Уничтожить у него не было времени. Он работал по заказу, а следовательно, мог опасаться, что его найдут и потребуют документы. И только при условии, что они целы, он мог бы не опасаться за свою жизнь. Он спрятал документы, и надо выяснить где. Мы должны узнать у Бурлака, где дипломат с документами.