— Мама, Энджеле понравился тот, — негромко произнес Алекс.
Матрас, на который указала Кэтти, стоил в два раза дороже того, что привлек Энджелу.
Но Алексу следовало предвидеть реакцию матери. Ее лишь подстегнуло замечание сына.
— Дорогие мои, вы не понимаете, Это как будто выбираешь рождественскую елку. Ты уверен, что нашел лучшую, но лишь до той минуты, пока не перейдешь к следующему ряду. — Кэтти со снисходительной улыбкой взглянула на Алекса и Энджелу. — Вы никогда не выберете хороший Матрас, пока не осмотрите хотя бы некоторые из тех, что выставлены в зале.
Чувствуя, что у него начинает ломить виски, Алекс потер их пальцами.
— Давай, золотце. Делай, что велит Кэтти, иначе этому не будет конца. Уж поверь мне. — Он аккуратно, но крепко взял Энджелу за талию и уложил на матрас. — Приляг на минутку.
— Но…
Алекс легонько нажал на ее лоб, заставив положить голову.
— Ну как?
Энджела поневоле спросила себя, уж не заложено ли у этой семейки сумасшествие в генах? Потому что сейчас Алекс действовал точно в духе Кэтти.
Она сделала вид, что размышляет, потом произнесла:
— Отлично. Мне нравится.
Алекс кивнул, затем взял ее на руки и уложил на другой матрас.
— А этот?
Пока он носил Энджелу по залу, перекладывая с одного матраса на другой, ей становилось все труднее сосредоточиться. Да и кто на ее месте остался бы безразличным к происходящему?
— Так ты скоро свалишься с ног, — заметила она, с беспокойством взглянув на Алекса.
Тот рассмеялся.
— Я тебя умоляю! Ведь ты легче перышка. Такое впечатление, будто на руках у меня ребенок.
— Вот здесь ты ошибаешься, — нахмурилась Энджела.
Но Алекс даже не запыхался, его лицо не покраснело от натуги. Он продолжал начатое до тех пор, пока наконец Кэтти и Энджела не пришли к единому мнению.
— А теперь, — произнесла Кэтти, ничуть не смущаясь тем обстоятельством, что они остановили выбор на первом матрасе, том самом, который Энджела облюбовала изначально, — нужно обсудить размеры.
Энджела удивленно взглянула на нее.
— То есть как? Размеры известны, ведь мы просто заменяем один матрас другим.
— Заменяем, переменяем… — пренебрежительно махнула рукой Кэтти. — На прежнем матрасе едва хватало места для тебя одной. Нужно смотреть вперед, девочка моя. Может, до сих пор ты ни с кем не спала на своей кровати, но хороший матрас должен служить лет двадцать, верно? Вдруг в следующем году ты повстречаешь парня своей мечты? Тогда тебе придется выбросить совершенно новый матрас и заменить его другим, более удобным. И, главное, широким. — Она подмигнула Энджеле. — Но ведь это непрактично, правда? А теперь представь, что суженый повстречается тебе не через год, а в следующем месяце? Или на той неделе? А может, даже сегодня! — Кэтти пристально взглянула на Энджелу и многозначительно кивнула в сторону стоящего рядом Алекса.
— Все, мама, достаточно, — процедил тот сквозь сжатые зубы.
— А что такого я сказала? — невинно захлопала ресницами Кэтти. — Ничего особенного. Только то, что…
— Мы слышали, мама, не нужно повторять. Будь потактичнее, ты ставишь Энджелу в неловкое положение.
Сам Алекс тоже покрылся испариной после слов Кэтти. Причем он не был до конца уверен, что послужило тому причиной: вызванное матерью раздражение или вспыхнувшая в мозгу картина какого-то мужчины, — да что там, его самого! — лежащего в постели с Энджелой.
Кэтти вновь дружески обняла их обоих за талию.
— Нет, в самом деле, дорогие мои. Этот матрас слишком узок. Ну-ка прилягте на него вдвоем!
Алекс нахмурился. Происходящее казалось ему все более нереальным.
— Мама…
— Кэтти… — одновременно с ним произнесла Энджела.
Однако та перебила их обоих.
— Ну давайте же! В этом нет ничего зазорного. И интимного тоже. В конце концов, мы находимся посреди огромного мебельного салона. Уверяю вас, у меня нет никаких задних мыслей. Честное слово. Сынок, приляг на минутку, пусть Энджела сама убедится, что этот матрас недостаточно широк.
Алекс стиснул зубы. Он любил мать, но сегодня та зашла слишком далеко. И зачем ей это нужно? Видимо, для того чтобы он начал думать об Энджеле.
Но больше всего Алекса раздражало то, что коварный план матери действует. Да, хитрости ей не занимать! Только он предпочел бы, чтобы мать практиковалась на ком-нибудь другом. Если в скором времени я не найду мамочке приятеля, худо мне придется, подумал Алекс. Это еще цветочки. Боюсь, скоро она возьмется за меня всерьез. Но пока придется подчиниться. Без дальнейших препирательств он улегся на постель, сложил руки на груди и устремил на мать сердитый взгляд.