— Знаю. — Она провела пальцами по светлым волоскам на груди и по прессу. — Знаешь ведь, что я все помню. — Лишь четыре человека в мире знали, как страдали близнецы, а теперь двое из них — мертвы. Половина актеров «Фермерской историей» — и мрачная тайна сериала — ушли в небытие.
Поразительно, как при таком количестве людей, работавших над созданием сериала, никому не показалось странным, что на протяжении всего четвертого сезона Хью и Трент ни разу не снимались вместе. Их мать винила в этом меняющееся школьное расписание, однако основной актерский состав знал истинную причину. В то время как Хью находился в медотсеке в особняке Айверсонов, Трент снимался в сериале, отыгрывая обе роли и умело переключаясь между личностями и повадками обоих персонажей. Именно тогда Нора по-настоящему влюбилась в парня, увидев неоспоримый талант, способность вживаться в игранную роль. А также заботу и любовь, которую тот проявлял к брату.
— Отроду не понимал, почему она выбирала именно его. — Мужчина нежно провел пальцами по ее волосам. — Только повзрослев, понял, что это потому, что ей нужно было, чтобы я был здоров, чтобы мог прикрывать нас обоих. Чем здоровее я был, тем больше она могла его калечить. К тому же он всегда был ее любимчиком.
— Почему вы никому не рассказали об этом? — Нора оседлала его и вгляделась в знаменитое лицо. Его волосы были взъерошены после секса, тень щетины обрамляла мягкие желанные губы.
— Вообще-то рассказали. Джули.
— Боже. — Теперь она поняла, почему их менеджер по управлению талантами — женщина, которая была матерью для них всех, — безо всяких объяснений неожиданно уволили. — Так вот почему ее вышвырнули?
— Мама позаботилась о том, чтобы она получила хорошую компенсацию за работу в обмен на подписание соглашения о неразглашении.
— Значит, продала вашу безопасность за взятку? — ярость запылала в груди Норы. — Поверить не могу, что когда-то любила ее. А ведь реально любила. Помню, как мечтала, чтобы она была моей матерью. Как же тупо с моей стороны. — Актриса действительно любила Джули. Когда Джули узнала, что Нора ночует на съемочной площадке, то стала брать девочку с собой домой по вечерам. Нора до сих пор помнила большого пушистого золотистого ретривера и клетчатый диван, который та превратила в кровать. Засыпая на этом диване, Нора мечтала о том, чтобы Джули пригласила остаться на лето, может, на год, а может даже удочерила ее.
Невозможно представить, что эта женщина, которая должна была защищать их четверых, узнала, что Мама Бэт творит с Хью, и взяла взятку, чтобы бросить их. Когда она ушла, на смену пришла нью-йоркская дрянь, та что с проколотой бровью, которая не уступала и не заботилась ни о чем, кроме сроков производства и заявленных требований.
Ладони Трента скользнули по ее бедрам и обхватили талию, крепко прижимая к себе. Пальцы пробежались по животу, и Нора задумалась об их растущем малыше. По крайней мере в ее сознании он принадлежал Тренту. Она всегда считала, что ребенок от него, и, учитывая то, что теперь знала о Хью, было необходимо, чтобы так оно и было. Тест ДНК не даст однозначного ответа, но, возможно, это и к лучшему.
— Прекрати, — запротестовала она, когда мужчина приподнял бедра и сильно прижался к чувствительной плоти. Она схватила его за руки и отвела их, затем вскрикнула, когда он перевернул ее и прижал запястья к кровати по обе стороны от головы. — Нужно поговорить.
Опустив голову, он поцеловал ее, прижимаясь к ней всем телом, от торса до ступней, и она издала счастливый вздох.
— Поговорить хотела? — поинтересовался хрипловато.
Да, хотела. Но не о ребенке — эта тема могла подождать. Сейчас им нужно было разработать план действий и придумать как его претворить. Арест Трента и разоблачение Хью как серийного убийцы вывалили на их головы тьму заморочек, и нужно было придумать, как и когда превратить случившиеся в главу их публичной любовной истории.
Но, возможно, и эта тема могла подождать. Она рассмеялась, когда щетина защекотала ее шею.
— Я так тебя люблю, — тихо сказала она и обвила его шею руками.
И она любила. Иначе не стала бы убивать Хью ради их отношений.
Однажды Трент смирится с произошедшем настолько, что Нора расскажет правду. Поймет, какую душевную разрядку это даровало ему — им обоим. От каких будущих трагедий и мучений она их уберегла. При существующем положении дел у Трента не было никакой возможности для успешного будущего. Чувство вины за действия Хью сделалось якорем, продолжавшем тянуть к алкоголю и наркоте. Без зависимостей он бы преуспел.