Фара подумала о своей улице в Белл-Гарденс. На прошлой неделе она открыла входную дверь, чтобы отправиться на работу, и застала мужика, спящего на крыльце дома. На окнах их дома были решетки, а в машине Тая был установлен старенький блокиратор руля. В гараже Айверсона же ключи от «Феррари» и «Бентли» висели в пределах досягаемости на крючках в гараже площадью четыре тысячи квадратных футов с системой климат-контроля. Она высказала это замечание Кевину, который заухмылялся.
— Да, но ты не выплачиваешь восемнадцать тысяч долларов в месяц в качестве взноса в ТСЖ. Вот в чем соль.
Фара тихо присвистнула.
— Так вот какова цена всего этого? Нет уж спасибо, я и дальше буду переступать через обдолбышей на своем крыльце.
— Ага. — Детективы наблюдали за приближением Дотти со скрепленными бумагами в руке.
— Принесла данные за последние три года. Не знаю, насколько давнишние вам нужны. — Она передала страницы через окно Фаре, которая быстро их пролистала. — Это лишь список въезжающих и выезжающих, а также записи звонков, поступивших от него.
— Ведете учет всех звонков к вам?
Дотти кивнула.
— Записи и заметки. Они упорядочены по номеру телефона, с которого поступил звонок. Так что это только те звонки, которые Трент осуществлял сюда, а не те, в которых его упоминают, хотя мы могли бы и их достать, если бы имелся соответствующий ордер. — Она протянула вторую стопку бумаг. — А это журнал въезжающих и выезжающих по всему комплексу за последние двадцать четыре часа. — Она строго посмотрела на Фару. — Чур, это Вы получили не от меня, понятно? Они отсортированы по адресам домовладельцев, однако, учитывая, что собственность Айверсона не охраняется, подумала, что будет полезно знать всех, кто находился на территории комплекса во время происшествия.
Фара мрачно кивнула и постаралась сдержать реакцию на поднесение. Взяв стопку у Дотти, она передала Кевину. По правде говоря, не было ни одной причины, по которой судья не выдаст ордер на получение информации. Все же она оценила этот жест. Получение ордера требовало времени, а оно поджимало.
Дотти сделала паузу.
— Мы подключаемся ко всем звонкам в девять-один-один от домовладельцев, потому были в курсе того, что говорилось по ходу разговора. И никаких машин скорой помощи не было, лишь фургон следователя. Так что могу только строить предположения, но... похоже, что мистер Трент — не единственный погибший. Умер кто-то еще?
На это раз ответил Кевин:
— Мы не можем это подтвердить, однако пытаемся установить личность гостьи, которая находилась у Трента Айверсона вчера вечером. Журнал действий должен помочь в этом.
— Я была на смене до одиннадцати. Трент приехал как раз перед моим уходом, и в машине он был один.
— Вы обыскиваете машины, когда они приезжают? — Фара задумалась об их собственном въезде, а Дотти уже мотала головой.
— Если это утвержденные гости, то нет. Трент находится в списке уже более десяти лет, и у него имеется электронный ключ от ворот. Мы пропустили его, как если бы это был домовладелец. У его машины — он был на «Шелби» — нет тонированных стекол, поэтому я хорошенько разглядела его, когда он проезжал через ворота. С ним никого не было.
Довольно интригующе. Фара и Кевин переглянулись.
— Ее лицо Вам знакомо? — Кевин повозился с телефоном и вывел на экран фотографию женщины. Она выглядела не лучшим образом: голова склонена набок, глаза распахнуты, выражение лица страдальческое. Фотография была обрезана, крови видно не было, но все равно становилось ясно, что женщина мертва.
Дотти внимательно посмотрела на экран, не вздрогнув от увиденного.
— Определенно не жительница и не одна из их друзей. И я не узнаю в ней одну из их сотрудниц. Это та женщина, которую нашли с Трентом?
— Точно не припоминаете ее? — настоял Кевин.
Она внимательно изучила фото, затем подняла голову и покачала ею.
— Она не проезжала сюда, если только не укрывалась на заднем сиденье или в багажнике.
— Укрывалась, а как же, — пробормотала Фара, когда они помахали Дотти и выехали через ворота. — Скорее была привязана.
ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ВОСЬМАЯ