Она посадила его на заднее сиденье большого черного внедорожника, потом села сзади, держала его за руку в темноте и пела песни. Они немного покатались, потом она поцеловала его в макушку и передала мужику с усами, пригрозив, что прибьет, если тот обидит Майлза.
Усатый был милым и улыбчивым в ее присутствии, но когда он наклонил сиденье и усадил Майлза на заднее сиденье машины, то очень грубым тоном изложил три правила:
1. Лечь на заднее сиденье.
2. Держать варежку закрытой.
3. Не двигаться.
Майлз следовал всем этим правилам, но начинало мутить. Он хотел спросить о лекарствах, которые не принимал уже несколько дней, но когда поднял руку, чтобы задать вопрос, мужик просто проигнорировал его.
Спустя некоторое время рука устала, и он опустил ее. Может, Майлзу просто нужно было выплюнуть вопрос. Именно так всегда говорил отец, когда Майлз медлил: «Просто выплюнь, Майлз. Что такое?».
Выражение всегда казалось странным, потому что, когда задаешь вопрос, слюна не вылетает.
Но выплюнуть вопрос значило нарушить второе правило — «Держать варежку закрытой», — которое казалось очень важным, но возникло чувство, что, если Майлза стошнит или он помрет на заднем сиденье Усатого, тому это тоже может не понравиться.
Поэтому вместо этого Майлз перекатился на бок и подтянул колени к груди. Закрыв глаза, подумал об улетных гоночных машинах и бегающим по улицам Тираннозаврах. К тому времени как машина остановилась, мальчик крепко спал, засунув палец в рот.
ГЛАВА ПЯТЬДЕСЯТ ШЕСТАЯ
МУЖ
Кайл Пеппер прибыл в аэропорт Лос-Анджелеса в двадцать две минуты шестого утра и сел в такси, которое доставило прямо в полицейский участок Беверли-Хиллз, где он ожидал, сидя на жестком пластиковом стуле. Спустя два с половиной часа офицер Сэм Мико вошел в дверь, держа в одной руке кофейник, и встретился с ним взглядом в вымощенном кафелем помещении.
Пока они пожимали друг другу руки, Кайл разглядывал их отражение в большом зеркале, разделявшем комнату. Рост Мико, вероятно, составлял шесть футов, но все равно тот был карликом по сравнению с Кайлом, который был одет в синюю толстовку, выцветшие джинсы и строительные ботинки с металлическими подносками. Кайл выглядел именно так, как чувствовал себя, — как человек, который не спал сутки и не брился месяц. Он взял кофе у Сэма руками, способными размозжить череп тому, кто похитил его сына.
— Спасибо, — поблагодарил он. — Где тело Кэрри?
— Хотите начать с этого? — Мико заколебался.
Кайл напряженно кивнул.
— Мне необходимо увидеть ее.
До этого в жизни Кайла Пеппера произошло два ужасных события. Первое — когда мужчина узнал, что у сына рак. Второе — когда наличие рака подтвердилось. В обоих случаях Кэрри была рядом, держала за руку, и все, что ему нужно было сделать — это взглянуть в глаза жены. Она была такой сильной, такой уверенной. Брала на себя ответственность и справлялась со всем, а теперь ее больше не будет рядом.
Это казалось невозможным, и стоило ему концентрироваться на этом более чем на секунду, как он терял контроль над собой и распадался на части. Так и произошло в аэропорту Хьюстона. Он заперся в кабинке туалета и рыдал как малолетка: грудь разрывалась на части, пока он выкрикивал ее имя и бил кулаком в кафельную стену до тех пор, пока рука не покрылась синяками и не распухла. Кайл взял себя в руки, но теперь нужно было быть сильным. Если не ради себя, то ради Майлза.
Мужчины спустились на лифте на два этажа, после чего прошли по лабиринту серых коридоров, пока не попали в помещение, где пахло химикатами и дезинфицирующими средствами, и Кайлу пришлось надеть перчатки, одноразовую шапочку и маску, а потом простыня откинулась: она лежала там, но ее больше не было в живых, и он едва узнал ее в этой окостеневшей, бледной женщине, но это точно она.
Его жена.
ГЛАВА ПЯТЬДЕСЯТ СЕДЬМАЯ
ДЕТЕКТИВ
Годовой бюджет организации «Защитим детей» составлял шесть миллионов долларов, однако эти средства они не тратили на свое служение. Фара прислонилась к грязному окну и осмотрела конференц-зал, который выглядел как солянка из канцелярских прибамбасов. Здесь и двух одинаковых стульев не было, и все они теснились у края длинного черного стола. Во главе стола сидел Иэн Макгомери в синем костюме и галстуке: длинные волосы завязаны в высокий пучок, образ дополнялся парой фиолетовых пластиковых очков с темными линзами.