Все же, отлежавшись несколько дней, переведя дух и почувствовав себя лучше, вернулась на работу, запихнув, как можно дальше, рекомендации врача, и спустя неделю, вновь загремела в то же самое отделение патологии для беременных, с неутешительным диагнозом угроза выкидыша. Все началось по новой. Осмотры, ультразвуковое исследование, излюбленные капельницы магнезии, и уколы папаверина и прогестерона.
Жизнь ничему не учит!
И правда!
Меня, так точно!
Должна прислушиваться к врачам, но нет! Вновь и вновь попадаю в схожую ситуацию, будто затянувшаяся временная петля, длящаяся на протяжении всех семи месяцев. Могло сложиться негативное мнение о моей персоне, но кто бы знал, ради чего рискую.
Почему именно так?!
Никто ведь не задаст вопрос: почему? Как? Зачем?
Привыкли судить, не зная жизненной ситуации человека.
Да, могла бросить все, сохранять беременность, но что тогда?! Безденежье, голод, муки ребёнка и в конечном итоге смерть! Сберегать было бы нечего! Кто был в похожей ситуации, сможет понять и войти в моё положение. Хвала небесам, на подмогу пришли те самые соседи! Согласились присмотреть за Артемом, пока находилась во временной изоляции. Приносили витамины и дополнительные лекарства, которых почему-то не было в медицинском учреждение. Но, как говорится, после недель сохранений, без видимых угроз, выписали домой. И, конечно, приступила к своей работе. Как ни странно, владелец общепита, раз за разом, принимал обратно.
В один из вечеров, когда посетители разошлись по домам, а столовая закрыла свои двери.
Испытала адскую боль в области живота.
Такую острую и резкую.
Поясницу тянет, тело ломит, а все внутренности будто выворачивает наизнанку. Жадно хватаю ртом воздух, но не могу отдышаться. В горле застрял ком. Обнимаю ладонями затвердевший живот и, с глухими всхлипами, опускаюсь на пол. Сквозь прорезывающую частоту сокращений, успокаиваю малышку, молю чтоб все прекратилось.
— Пожалуйста, — осипшим голосом пытаюсь докричаться до работников кухни. — Помогите!
Сгибаюсь пополам. Слёзы брызгают из глаз, омывая бледное лицо. Я знаю, что может произойти. Уже испытывала подобное.
— Еще слишком рано! — шепчу пересохшими губами. — Я не могу тебя потерять!
Глава 5
Чувствую, как переполняет вселенский ужас. Страх за свою маленькую принцессу.
Просто не могу!
Не вынесу, не переживу!
И именно, в этот момент, внутри все обрывается, реальность болезненно бьет хлесткой плетью по спине, заставляя непроизвольно податься вперед. Чувство вины и самобичевания наносят самый ожесточённый удар, моментально ударяя по скукожившемуся телу. Задыхаюсь, от частоты всхлипываний и обилия горячих слез. Пытаюсь подняться на ноги, но нарастающая боль, отдает в лоно и правое бедро. Простреливает и выкручивает суставы.
— Пожалуйста, помогите, — кричу на пике своих возможностей.
Продолжаю обвивать руками окаменевший живот, нежно поглаживая его ладонями. Только лишь дергаюсь из-за нарастающих схваткообразных конвульсий. Малышка слишком сильно толкает изнутри, бьет о внутренние стенки матки, будто упирается ножками в самое дно. Болезненный стон срывается с искусанных губ.
Мне холодно, пробирает озноб. Тело наполняет неимоверная слабость. Пытаюсь не отключиться, быть в сознании, выровнять сбивчивое дыхание, подавить боль и просто подняться. Покрепче ухватываюсь, за близстоящий стол, и на трясущихся ногах приподнимаюсь. Голова кружится, перед глазами все плывет. Ощущаю сильное давление в лобке и новый разряд боли, такой сильной и острой, выбивающей остаточный кислород из легких. Даже, при первых родах, да и после аварии, не испытывала подобного. Сейчас, будто на живую вырывают позвоночник, окончательно лишая возможности стоять. Ноги ватные. Наваливаюсь на стол, лишь успеваю удачно вытянуть руки, смягчить падение, не навредить малышке ещё больше.
Сжимаю деревянные края, до побеления костяшек, до онемения самих пальцев, сгибаюсь, практически сворачиваюсь пополам, становлюсь как кошка на дыбы. Приступообразные импульсы отдают в самое лоно, в поясничную область. Хриплю и, сквозь град непрекращающихся слез, движусь к дверям заведения. Медленно, размеренными шажками. Врезаюсь в стену и отталкиваюсь от неё. Под ногами становится мокро, а по внутренней стороне бедра до самой стопы стекает теплая, вязкая субстанция.