— Взрыв произошел на самой «Роковой женщине»?
Он кивнул.
— Таков был ее конец. Превратилась в бесформенные обломки. К утру она затонула в заливе, только рассеянные остатки остались на плаву. Я лишился своего судна. Можете представить, что это значит для моряка. Мне доверили корабль, а я допустил, чтобы случилось подобное. Я был осрамлен, обесчещен.
— Но в этом не было вашей вины.
— Не знаю, что произошло в тот вечер на корабле, — это и сейчас загадка. Самое странное, что оставленная на вахте часть команды тоже почему-то оказалась на острове. Будто вследствие ошибочной записи в вахтенном журнале. Неслыханная вещь в морской практике. Но в ходе расследования мы так и не добрались до истины. Еще одна загадка, одна из самых таинственных во всей истории.
— Получается, будто существовал какой-то заговор, в котором участвовало несколько человек, — сказала я. — Кто-то нарочно устроил, чтобы никого не оказалось на борту.
— Некоторые утверждали, что это был приказ капитана. Я командовал кораблем, и в течение нескольких часов он стоял на якоре без присмотра, пока вся команда, включая и меня, находилась на берегу.
— И вы не подозреваете, кто мог уничтожить корабль?
— Боже, как бы я хотел это узнать!
— С тех пор прошло порядочно времени.
— Такое никогда не забывается. — Некоторое время он молчал, потом сказал: — После того вечера, когда я был в Доме Королевы, кажется, все изменилось. До этого жизнь была словно шутка. После она перестала казаться таковой.
«После катастрофы? — подумала я. — Или после визита в Дом Королевы?»
— Прежде я был беспечный парень. Вечный баловень судьбы, как говаривал Рекс. Сначала влезал во всякие переделки, а потом вверял себя случаю, и он неизменно выручал. Но на этот раз судьба отвернулась от меня. Я узнал, что за легкомыслие, беспечность приходится расплачиваться, возможно, до конца дней. Конечно, можно клясть себя за глупость, что я и делаю постоянно, можете поверить. Только это пустое занятие.
— Если бы вы разгадали загадку, смогли узнать, кто уничтожил судно, то избавились бы от этих угрызений.
— Это еще не все, — сказал он.
Ред опять замолчал, и я поняла, что он имел в виду свою неудачную женитьбу. Или, как уже однажды было, я приписывала его словам то, чего он вовсе не имел в виду? Между тем он продолжал:
— И вот, как видите, я здесь. В кандалах. Жертва собственных безрассудных поступков.
— Но вы ведь не могли предотвратить катастрофу?
Он не ответил, и я инстинктивно почувствовала, что он имел в виду не «Роковую женщину». Интересно, как так вышло, что он женился на Моник? Возможно, я узнаю это позже, когда сама увижу «старую полуразвалившуюся усадьбу», как он ее назвал, увижу ее в естественном окружении. Он поступил опрометчиво, сгоряча — это он хотел сказать. И я ему вполне верила. Но действовал по необходимости или из благородных побуждений? Должен же был понимать, что Моник не создана быть ему женой.
«А я создана? — с почти циничной откровенностью спросила я себя. И не задумываясь, смело ответила: — Да. Я была бы ему идеальной женой. Он весел — я серьезна. Он красив — я неприметна». Спохватившись, я поймала себя на том, что примеряю себя к нему, иными словами, веду себя до крайности глупо.