— Пойдемте пить чай!
В дверях стояла радостная Татьяна с широкой улыбкой на лице, совсем не испытывая ни малейших угрызений совести из-за своего вмешательства в столь романтичный момент.
— Мам… — растерянно проговорила Настя.
— Мигом! Я жду на кухне. Обоих. И да, Настюш, ты бы переоделась чтоли…
Храмова взглянула на себя и тотчас покраснела от смущения. Когда она бросилась в объятия к Вику то одеяло, в которое она куталось, упало и теперь девушка стояла в одной лишь пижаме.
— Я быстро, — пропищала брюнетка, скрываясь за дверью своей спальни.
Красивая светловолосая девушка с большими печальными глазами шла по улице. Блондинка, не обращала внимания абсолютно ни на что, была полностью погружена в собственные мысли. Она очень переживала, о том правильно ли поступила, назвав Субботину адрес подруги. В чувствах Насти к этому мужчине девушка была уверена, но как он относится к ней, Алиса не знала. Она надеялась, что ее интуиция не обманула, и что Субботин на самом деле выполнит свое обещание и сделает ее подругу счастливой, ведь у них скоро будет малыш, а девушка была уверена, что у ребенка должны быть оба родителя и нормальное детство.
Чего не было у нее.
Нет и мама и папа у девушки живы-здоровы, но вот только отношения в их семье с натяжкой можно назвать нормальными. Даже в маленьком возрасте Алиса не получала той родительской любви и заботы, как другие дети. Ее родители были больше поглощены собой и своей личной жизнью, и порой у них просто не оставалось времени и сил на свое чадо. Они считали, что тех материальных благ, что они ей давали, будет вполне достаточно, чтобы ребенок был счастлив, но они просто не понимали, что девочка хотела лишь их любви.
В итоге даже повзрослев, Алиса с огромным трудом могла поверить, что хоть кто-то способен ее полюбить. Если ее собственные родители, не любят, почему другие то должны?
Иногда девушка жалела, что сама не разучилась любить, ведь тогда было бы намного проще. Особенно сейчас. Заметив вдоль аллеи свободную скамейку, Алиса присела и облокотилась на спинку. Она не знала, сколько так просидела, но внезапно ее внимание привлекла знакомая машина.
Кир.
Парень остановил машину и вышел. Следом за ним выпорхнула эффектная девушка и, обогнув автомобиль, остановилась перед Храмовым. Алиса с быстро колотящимся в груди сердцем наблюдала за происходящим. Парочка тем временем о чем-то мило переговаривалась. Потом девушка поднялась на носочки и потянулась губами к Кириллу… Не желая этого видеть, Алиса крепко зажмурилась, а когда открыла глаза, никого уже не было. Подхватив сумку, девушка встала и пошла прочь.
Лазарева сама не заметила, как дошла до небольшого озера. Сняв обувь, она босыми ногами пошла по пляжу вдоль кромки воды. Прохладный песок приятно холодил ступни, просачиваясь сквозь пальцы. Девушка села на песок и устремила взгляд на гладкую поверхность воды. Алиса очень любила пляжи и обычно они успокаивали ее, но только не сегодня.
Сегодня разные мысли и воспоминания так и лезли ей в голову, не давая дышать свободно. Девушка вспомнила ту волшебную ночь, когда они с Киром уехали встречать рассвет, а потом занимались любовью в лучах восходящего солнца, вспоминала каждое мгновение, проведенное в его объятиях, и против воли улыбнулась. Тогда она была по-настоящему счастлива…
Вспомнив недавно увиденный эпизод, Лазарева вмиг погрустнела и искренне пожелала, чтобы этого отпуска и ее мимолетного романа с Храмовым никогда не было. Чтобы Кирилла вообще не было в ее жизни.
Сбросив с себя одежду и оставшись в одном нижнем белье, Алиса подошла к воде.
Ледяная.
Шутка ли, конец сентября как-никак. Отойдя на пару шагов назад, девушка глубоко вдохнула и с разбегу окунулась в озеро. Моментально со всех сторон ее окутала ледяная вода, пронзая тело тысячами жгучих иголок. Алиса выплыла на поверхность, жадно хватая посиневшими от холода губами, воздух. Заледенелыми руками девушка попыталась сделать одно робкое движение. Потом еще и еще и, наконец, поплыла. Преодолев расстояние в несколько метров, Алиса развернулась и поплыла обратно к берегу.
Оказавшись на суше, девушка первым деломдостала из сумочки телефон. Найдя нужный номер в записной книжке, нажала трубку вызова.
— Алло, — послышался мужской голос на том конце.
— Привет, Антон…
Субботин, Настя и чета Храмовых сидели за большим обеденным столом. Девушка нервно улыбалась и боялась поднять глаза. Ей было очень неловко перед семьей. Если мама с восторгом приняла весть о беременности дочери, то отец был гораздо более сдержан. Он лишь слегка поджал губы и, сказав безликое «Ну что ж…», сел за стол и налил себе водки. На действия мужа Татьяна пожала плечами и ободряюще улыбнулась влюбленным.
— Виктор Константинович, — строго обратился к мужчине Храмов, — Насколько я знаю, вы женаты… — многозначительно сказал он.
Настя слегка вздрогнула и с мольбой переводила взгляд с одного мужчины на другого. Субботин, заметив ее состояние, взял девушку за руку и ободряюще пожал холодные пальчики.
— Сергей Михайлович, — обратился он к Храмову, — могу смело вас заверить, что это уже устаревшая информация. Почти месяц назад я был официально разведен.
Храмов старший некоторое время, молча, обдумывал полученную информацию, потом налил две рюмки водки и пододвинул одну Вику. Слегка чокнувшись рюмками, Сергей Михайлович одним махом опрокинул в себя жгучую жидкость. Субботин не проронив ни слова, последовал его примеру.
— Насть, — обратился к дочери Храмов, — ты ведь его любишь, да?
Девушка повернула голову к Вику и глядя ему в глаза с нежностью произнесла.
— Люблю.
Субботин поцеловал ладонь, которую продолжал сжимать в руке.
— Я тоже тебя люблю, — искренне ответил мужчина.
— Ну, раз так… — снова подал голос глава семьи, — то я ничего не имею против. Встречайтесь, любите, живите.
— Спасибо, пап! — Настя подбежала и крепко обняла одного из самых важных и дорогих людей в ее жизни.
— Спасибо, Сергей Михайлович, — поблагодарил Вик.
Мужчины пожали друг другу руки и напряжение, витавшее до сих пор в комнате постепенно сошло на нет. Храмов давно знает Виктора Субботина с профессиональной стороны, и таких хирургов еще поискать надо. Он и правда очень горд, что Виктор работал в одной с ним больнице под его началом, так сказать, и порой восхищался его мастерством. А теперь был приятно удивлен, его другими качествами. Храмов искренне считал, что Виктор подходящая кандидатура для его единственной дочки.
— О, а чего это у вас тут так весело? — поинтересовался Кирилл, вернувшись домой. — Смотрю, вы все выяснили. Поздравляю, — сказал он Вику и Насте, которые сидели на диванчике зажатые с двух сторон мамой и папой.
На коленях у Вика лежал раскрытый альбом с детскими фотографиями, а Татьяна что-то увлеченно рассказывала.
— Привет, сынок, — сказала она, когда Кирилл уселся на подлокотник рядом с ней. — Вот Вить, посмотри, это Настенька пошла в первый класс, такая забавная… я все никак не могла завязать ей бант — крутилась как юла, — сетовала женщина.
Вик посмотрел на фотографию маленькой темноволосой девочки с двумя озорными белыми бантиками в косичках. Она держалась за руки с высоким мужчиной благородного вида, и молодой девушкой, как две капли воды похожей на его Настю.
— Вы с мамой очень похожи, — сказал он, — обе красавицы.
— Спасибо, — смущаясь, поблагодарила девушка, но видно было, что комплимент пришелся по душе обеим представительницам прекрасного пола семейства Храмовых.
Субботин улыбнулся и взял в руки следующую фотографию. На ней был маленький ребенок в возрасте около годика. Он стоял опираясь на маленькую тросточку, а на голове был надет перевернутый горшок, видимо за не имением шляпы. Так как малыш был голеньким, можно было с уверенностью сказать, что это не Настя.