– Отправила сообщение Лиза, жена одного бизнесмена по фамилии Татарских.
Он не понял, чем вызвана пауза, однако по двум застывшим физиям догадался, что в милицейских головах произошел частичный сбой. Вдруг Стриж резко выдвинул ящик стола, быстро взял фото Светланы и молниеносно повернул лицевой стороной к Лисовскому:
– Эта?
– Да.
– То есть вы утверждаете, что это Лиза…
– Татарских. Только здесь она без челки, у нее прямая челка, – провел он ребром ладони над глазами.
Уверенность Лисовского не должна была бы вызвать сомнений, а вызвала, люди нередко ошибаются, но получается, и ВиВа не лгала! Встретиться с ней и договориться морочить головы ментам Лисовский не мог, значит…
– Какая-то путаница, – буркнул Стриж, набирая на мобильнике номер. – Захар? Это Стриж. Скажи, ты случайно не перепутал фотографии?.. Ну, может, не те нам дал… Понял, верю. Но ты все же подскочи и посмотри… Прямо сейчас, если есть время. Это срочно.
– Кто такой Захар? – разволновался Лисовский. – Тот, кому Лиза отправила сообщение?
– Да, именно он, – ответил Стриж, пристально разглядывая его, будто в чем-то подозревая.
– Мне надо с ним встретиться.
– Не проблема, он скоро приедет. А скажите, при каких обстоятельствах… э-э… Лиза Татарских воспользовалась вашим телефоном?
– Мы были на презентации «Центра-сити», я все хотел с ней переговорить, но мне не удавалось, с ней неотлучно находился брат ее мужа, хамоватый тип. Потом я увидел, что Лиза сидит одна, подсел к ней, заговорил, а она жестами показала, что ей нужен телефон…
– Почему жестами? – удивился Наговицын.
– Ах да, я же не сказал. После аварии Лиза осталась без голоса…
– Без голоса? – не понял Наговицын. – Это как?
– Она не говорит, – не совсем удачно объяснил Лисовский. – Совсем. В аварии повредила горло… или что-то в горле, точно не знаю.
– Ну-ну, дальше, – проявил нетерпеливую заинтересованность Стриж.
– Я дал ей трубку, думал, она мне напишет, что с моим братом…
– А что с вашим братом? – спросил Наговицын.
– Пропал.
– Почему Лиза должна знать о вашем брате?
– Это длинная история…
– Тогда пока отставим ее, – сказал Стриж. – Итак, вы дали телефон… Только как можно подробней расскажите.
Лисовский, конечно, не понимал, для чего им это.
– Она стала набирать эсэмэску, спрятав трубку в мех. Но тут подошел этот хам… брат мужа… вырвал у нее трубку. Я пытался отнять, он не дал, нажимал на кнопки. Потом вдруг отдал телефон, взял Лизу за руку и принудительно увел на улицу. Больше я их не видел. Мне, разумеется, стало интересно, кому и что писала Лиза, я проверил, но сообщения не нашел, брат мужа стер его.
– Откуда же вы знаете, что она отправила эсэмэску Захару?
– Через милицию. Я ищу младшего брата, мне помогает юноша из милиции. Три с половиной месяца назад Филипп и Лиза… забыл сказать, у них нечто вроде романа завертелось… так вот, оба с вечера уехали в неизвестном направлении. Филипп домой так и не вернулся. Позже прошел слух, что Лиза разбилась, она долго лечилась, позавчера впервые появилась на людях.
– Адрес Татарских знаете?
– Конечно.
– Диктуйте, – взялся Стриж за авторучку. Едва он закончил писать, ему позвонили, он снял трубку стационарного телефона. – Стриж слушает… Да, я вызвал, пропустите. Ну вот, сейчас придет Захар с другом. – Следующую фразу он адресовал Лисовскому: – У меня к вам просьба. Ни при каких обстоятельствах не говорите Захару адрес Татарских, он слишком горячий парень, еще влезет в пекло, потом его будем искать. А пока о брате нам расскажите…
Влада провела целый день за рулем автомобиля, купленного мужем недавно, следовательно, его мало кто видел, во всяком случае, не Роди. Правда, большую часть она простояла у дома ненаглядного, однако меньше всего сейчас он занимал ее мысли. Влада думала о Лизе, точнее, пыталась сообразить, что все это значит. Все – это сама Лиза, Родион, его состояние, а также его затея вместе с целями.
В первой половине дня Влада ездила за учебной машиной, которой управляла Лиза, вторично убедилась, что водить она полностью разучилась. А разучилась ли? Уместней поставить вопрос иначе: умела ли? Ответ однозначный, от которого мурашки по коже бегут: не умела! Ее учат. Как к этому факту относиться?
В моменты отдыха, за чашкой кофе из термоса, Влада восстанавливала эпизоды с Лизой на презентации, жаль, мало обращала на нее внимания. Но и одного сидения на диване достаточно, чтобы заметить несовпадения. Какая жена будет кивать с идиотской улыбкой, когда любовница мужа повествует о пикантных похождениях мужа? Каково услышать: «Он тебя не любит»? Безусловно, ни одной дуры не найдется! Да, семейные пары нередко охладевают друг к другу, но если они продолжают жить в браке, то это все равно накладывает на обоих определенные обязанности. Исключения составляют лишь те, кто чистосердечно договорился о полной свободе, дескать, ты идешь себе гулять, а я – себе. Может, им так удобней: жить вместе, при всем при том сексуального партнера выбирать на стороне. Но это же редчайшие исключения из общего правила, например, Влада не готова к подобным отношениям, она придерживается позиции: либо – мой, либо – прощай. Родиону «прощай» не хотелось бы сказать, хотя ее сильно взбудоражили наблюдения и выводы, которые перегрузили сознание.