– Это предположение годится. Короче, нужны трупы.
– Ты уверен, трупы точно есть?
– Нет, конечно, не уверен. Ну, да, да! Не уверен, и что?
– Зачем же заставил копать? Тут пространства… им все перекопать прикажешь?
– Прикажу. Я люблю приказывать.
– Заметно. Копать придется до следующей зимы, и нет гарантии, что трупы найдут.
– Да нет ее – гарантии. Но! – Закурив, Стриж рассуждал вполне убедительно: – Если всех троих убили, то их везли одновременно и в одно место. Зима, холод, земля мерзлая – три отдельные ямы не выкопаешь без бульдозера. Кстати, очень разумно выбрано место, земля здесь без примеси глины, рыхлая, с песком. Короче, если есть трупы Лизы и Филиппа, они под нашими ногами… – Машинально Стриж вытащил мобильник. – Да, Захар?
– Я еду на свидание со Светланой, – сказал Захар.
– С кем, с кем?
– Со Светланой. Вчера мне позвонили и обещали свидание.
– Захар! – заорал в трубку Стриж. – Не вздумай идти!
– Да нет, все в порядке будет. Светлана подала сигнал, который только она и я знаем. Если бы меня заманивали обманом, она этого не сделала бы.
– Когда у тебя свидание? – не успокоился Стриж.
– В два. Мы с Мишкой едем уже.
– Где? Назови место.
– Отель «Корона», номер 234. Я на всякий случай говорю, хотя думаю, кровавых разборок не предвидится. Пока.
– Черт! – взмахнул руками Стриж. – Сколько до отеля «Корона» ехать?
– Это далеко, через весь город ехать, потом за ним, – ответил Наговицын. – Учитывая время до города, а также пробки на улицах, часа полтора потратишь в лучшем случае, а то и все три. Бывает, я стою в пробке по сорок минут, но если с мигалкой да по тротуарам… А что случилось?
– Поехали, по дороге объясню. А вы копайте без меня, ты за старшего, – бросил он милиционеру.
– Хоть бы сказали, что мы ищем? – догнал его голос одного из шестерых рабочих, взятых на стройке.
– Когда найдете, не ошибетесь, что нашли. Уж поверьте. Копайте, копайте… квадратно-гнездовым, пожалуйста, квадрат – два на два метра.
А то скажешь им, мол, останки двух страстно любящих сердец ищем, дунут отсюда – только пятки засверкают. Деньги-то за это не платят, строительная фирма гарантировала дневной заработок, кому охота за копейки разложившиеся трупы откапывать?
– Мне 234-й номер, – потребовал Захар ключи.
Администраторша подозрительно на него взглянула и выдвинула требование в ответ:
– Паспорт покажите.
Захар отдал ей паспорт, нет, ей этого мало.
– Фамилию с именем назовите.
– Захар Макагонов. Скажу больше: номер заказан на имя Верхового Всеволода Федоровича.
– Это его отец… приемный, – зачем-то солгал Михаил. – То есть он его приемный сын.
– Вас проводят, это в четвертом корпусе, – отдавая паспорт, сказала она.
Номер – полный аут! Огромный, двухкомнатный, с большой прихожей, с диванами, коврами, статуями и прочим содержимым, чистота – страшно дотронуться до чего-нибудь. Миша рухнул в кресло, огляделся:
– Зачем такой большой номер снимать на несколько часов? Деньги некуда девать?
Захар не ответил, он, отодвинув край занавески, смотрел на улицу. Михаил заметил бар, открыл его, изучил бутылки и вздохнул:
– Жаль, я не пью. Вот раздолье…
Он упал назад в кресло и включил телевизор, от скуки переключал каналы. Вдруг Захар рванул к двери:
– Приехали! С ними Светлячок!
– Стой! – гаркнул Михаил, друг притормозил: – Тебе что сказали? Залезть в номер и ждать, а не бежать как полоумному. Меры предосторожности слышал? Жди здесь!
Захар остался и топтался на месте, пока не открылась дверь и наконец Светлана не очутилась в его объятиях. Он целовал ее лицо быстро-быстро, будто они прощались, а не встретились, прижимал к себе, обхватив руками, потом снова целовал.
– Вы позволите нам войти? – спросил Всеволод Федорович.
– А… Да… – смутился Захар, нехотя отстранив Светлану. – Заходите.
– Спасибо.
Всеволод Федорович (по оценке Михаила – матерый мафиози) прошел к креслу, с ним еще два важных человека, которых он представил:
– Мои помощники: Виталий и Эндрю. А вы друг Захара…
– Михаил, – ответил тот.
Парочка застряла в прихожей, им пришлось напомнить, что собрались здесь по делу, Захар и Светлана устроились на диване, переплетя пальцы рук и плотно прижавшись друг к другу. Девушка показала на Всеволода Федоровича, затем на свои уши, потом ткнула пальцем в жениха, он понял:
– Хорошо, буду слушать.
Тем временем Всеволод Федорович, уложив обе руки на трость, присматривался к молодым людям, щуря глаза. Начал он же:
– Вы, Захар, чем занимаетесь?
– Я? – оторвал тот взгляд от Светланы. – Спортсмен. Мы с Михаилом занимаемся борьбой дзюдо.