Через двадцать минут драйвовой музыки, ребята решают остудить толпу и заводят лиричную мелодию. Это моя любимая песня. Мне срочно нужна зажигалка, чтобы поводить огоньком, как все эти ненормальные люди. Но есть проблема, я не курю. Может у Влада есть? Делаю пару шагов, чтобы оказаться совсем близко от парня и прошептать свою просьбу на ухо. Не успеваю опомниться как его руки оказываются на талии и он обдавая меня свои дыханием, чертовски сексуально шепчет отрицательный ответ. Черт! Зря я сюда пришла. К нему. Разворачиваюсь, пытаюсь вернуться на место, но Зверь не пускает, не убирая руки с талии, прижимается своим пахом к моей пятой точке. И я могу ощутить, что мужчина возбужден. Да он ненасытный, мать вашу, если от простых касаний заводится так, что в пору уже сейчас принять горизонтальное положение.
Решаю наплевать на то, что меня лапают. Один раз живем. Тем более мальчик, и правда чертовски сексуален. Может что-то получится. Но точно не в клубе. И сто процентов я не поеду к нему домой. О чем вы!? Я знаю его час от силы. Но все равно отдаюсь в его власть, чувствую, как губы парня скользят по моей шее. Табун мурашек пробегает от копчика до ключиц. Хочется застонать, но нельзя. Я стараюсь развеять дурман, вслушиваюсь в музыку отгоняя жар, что опаляет меня в том месте где он касается меня. Не навязчиво, не переходя черту. Никаких пошлостей, его руки гладят спину, бедра и живот, даже не поднимаясь к груди. А губы исследуют шею и чувствительное местечко за ушком. Но эти ласки далеко не невинны, особенно в купе с инструментом, что недвусмысленно трется о мою попу.
III
Когда, слышу какую песню, объявляют следующей, взвизгиваю, и вырываюсь из рук моего ненасытного визави. Все равно, что он думает, но эту песню я буду слушать и подпевать, а не плавится в горячих объятиях, чувствуя, как мой мозг превращается в желешечку.
Оживилась не я одна и вся фанатская толпа хлынула поближе к сцене, так что между мной и роковым соблазнителем по кличке Зверь, оказалось несколько, возбужденных, энергетикой группы тел. Плевать я на это хотела, я прыгаю и подпеваю хриплому голосу вокалиста как сумасшедшая.
Зачем кричать, когда никто не слышит.
О чем мы говорим…
Мне кажется, что мы давно не живы
Зажглись и потихоньку догорим
Когда нас много начинается пожар
И города похожи на крематорий и базар
И все привыкли ничего не замечать
Когда тебя не слышат, для чего кричать?
Мы можем помолчать, мы можем петь
Стоять или бежать, но все равно гореть.
Огромный синий кит порвать не может сеть.
Сдаваться или нет, но все равно гореть. (группа Lumen «Гореть»)
Под конец песни я отдаюсь сумасшествию толпы. Мы кричим, а не поем эту песню. Голос вокалиста в этой вакханалии слышится едва, а у него вообще то микрофон.
Я уже охрипла к тому моменту, как сильные руки выдергивают меня из толпы, как пробку от шампанского из бутылки. Что это Влад я понимаю по татушкам на запястье, не сопротивляюсь, я еще в эйфории. Пьяна от виски, что выпила перед концертом, пьяна от музыки и бешеной энергетики толпы.
А еще немного опьянела от этого самоуверенного соблазнителя, что разжег во мне ураган страсти. Смотрю на него в упор, в его темные почти черные глаза, на его брутальную щетину, выпирающие скулы и соблазнительную ямочку на подбородке. Он что-то мне говорит, отчитывает гневно, а красивые глаза сверкают зло. Хватка, с которой парень сжимает мое запястье просто стальная. А я? Что я? Держите меня семеро, я хочу его поцеловать!
Потом я сбегу, обязательно и сексом этот вечер, увы, не закончится. Но сейчас я хочу почувствовать вкус его губ. Именно поэтому смело шагаю вперед, жестко хватаю его за волосы на затылке и впиваюсь в губы жгучим поцелуем. Я не целую, я кусаю его, и он отвечает тем же. Страстно, яростно и ненасытно, как будто он это глоток живительной влаги в пустыне. Последний глоток. И я хочу его выпить до капли, чтобы не досталось никому.
Но все хорошее когда-нибудь заканчивается и вода в том числе. Поэтому когда я отстраняюсь, опять первая, замечаю, что клуб практически опустел и народ уже хлынул к выходу. Видимо песня была последняя.