— Мы не знаем!
Так он и передал своему хозяину.
Вот тут-то и появился мистер Брум.
Увидев его, лорд Гамильтон вздохнул с облегчением.
Он непоколебимо верил в его проницательность.
— Боюсь, что с Миледи случилось несчастье! — сказал ему милорд. — Джон, ты можешь быть свободен.
Дворецкий, которого так звали, почтительно поклонился господину и советнику и удалился.
— Почему вы этого боитесь, милорд? — спросил Брум.
— Леди Гамильтон ушла в десять часов, но до сих пор не вернулась, и к тому же она не предупреждала о своей задержке…
Опасения Лорда рассеялись с первыми словами Брума.
— Вы напрасно переживаете за Миледи! Согласен, что никто не застрахован от несчастных случаев, но не в данном случае. Вам бы уже сообщили эту печальную новость по телефону.
Никаких новостей не поступало, верно? Что ж, тогда можно ждать возвращения Миледи с абсолютным спокойствием!
— Уже четыре часа! — заметил Лорд, сверяясь со своими часами. — Неважно, неважно… Может быть Миледи где-нибудь, удерживаемая благотворительным порывом.
— Надеюсь, что ничего плохого, — сказала уклончиво советник.
— Ты что-то подозреваешь?
— Да, подозреваю, и мне бы очень хотелось ошибаться.
— Скажи же это сейчас же, — с тревогой сказал Милорд.
— Миледи сейчас в Гранд-Отеле. Она не может быть где-то еще.
— В Гранд-Отеле?
— Да! — воскликнул Брум. — С той испанской из Севильи!
Яд, сквозивший в этих словах не подействовал на его хозяина.
Но несомненно это обстоятельство, что внезапная и глубокая привязанность его жены к Соледад, которую обвиняли в убийстве, сильно его опечалила.
Тем не менее ему не хотелось верить, что она была там, забыв обо всем на свете, и была безразлична к переживаниям и страданиям мужа, которые он мог испытывать из-за её опозданий.
— Я скоро это узнаю! — сказала он и, подойдя к телефону, набрал номер Гранд-Отеля.
Мгновенно подняли трубку на другом конце провода.
— Господин Директор? — спросил лорд Гамильтон.
Тишина.
— Это вы? Я лорд Гамильтон!
— Да, я вас слушаю…!
— Слава Богу! Я вот хочу спросить вас, находится ли еще Леди Гамильтон в вашем отеле. Судя по всему, сегодня утром она намеревалась отправиться к вам.
— Да, она была с утра…
— Пожалуйста, будьте так добры, спросите, там ли она еще!
Лорд Гамильтон не отрывал от своего уха трубки, и мог слышать приказы, которые поспешил передать директор отеля.
— Она еще здесь.
— Ах, она все еще там! Большое вам спасибо
На этих словах Лорд Гамильтон положил трубку.
— Разве я не говорил? —воскликнул советник с торжествующим видом.
Милорд не знал, что и ответить.
— Да, действительно, такой интерес мне показался сразу необычным… К несчастью этой несчастной… Вы тоже так думаете?
— Я приписываю интерес Миледи другим обстоятельствам, которые вы не заметили.
— И каковы эти обстоятельства?
— Они совсем ничтожны, но заметьте, эта девушка родилась в Севилье…
— О, мистер Брум! Это ребячество! Леди заинтересовалась бы Соледад Орбиго… так зовут горничную?
— Да, по-моему, так её и зовут.
— Ну, я говорю, что это внушило бы ей такую же жалость и сочувствие, даже если она была мусульманкой.
— Но именно это обстоятельство, на мой взгляд, меньше всего повлияло на отношение Миледи к этой несчастной.
— Есть еще более веская причина?
— Да, милорд… но я не осмеливаюсь разоблачить её… Вы рассердитесь! .
—Нет-нет; говори без колебаний.
— Ну хорошо. Вы внимательно рассмотрели лицо де Орбиго?
Милорд с достоинством и пренебрежительным жестом ответил, что нет, что он едва ли посмотрел на черты лица Соледад.