— Не говорите так громко, Маркиз! — взмолился он, дрожа. Эхо этих стен отражает мой голос, и хотя нас никто не слышит, осторожность никогда не помешает.
Это были любимые фразы этого человека, такие как — «Мы должны быть осторожны и осторожность никогда не помешает», которую он повторял четыре или пять раз на протяжении их разговора, независимо от того, были ли они к месту или нет.
Они поднялись по крутой деревянной лестнице, которая подозрительно поскрипывала под каждым шагом двух мужчин, словно вот-вот сломается.
— Вот сюда, — сказал Хуан Хосе, поворачивая ключ в замке двери, резко контрастирующей с остальной частью здания.
Оказавшись внутри, слуга включив свет торжественно объявил:
— Это моё пристанище, господин Маркиз!
На лице Маркиза отразилось самое живое изумление, когда он оказался в уютно обставленной комнате.
— Почему ты не вызвал меня прямо сюда? — Упрекнул маркиз своего спутника.
— Мне этого и в голову не пришло… должно быть, потому что…— пролепетал Хосе.
— И со мной тебе нужно осторожничать? — перебил маркиз Хосе, потому что он в очередной раз наверняка хотел сказать, свою коронную фразу.
— Нет, нет, —извинился он. — К вам у меня нет недоверия господин Маркиз.
— Не смеши меня! Или ты забыл, что если мои губы произнесут одну тайну, ты окажешься в тюрьме?
— Никак нет, сэр — ответил слуга, — но господин маркиз должен также помнить некоторые вещи, которые могут причинить вам немалый вред.
— Как я могу подобное забыть? Да и что я могу поделать? Я всегда помню об этом и знаю, что не смогу спокойно умереть. От одной мысли о смерти, моё сердце уже начинает трепетать.
— Пока вы не боитесь смерти, вы будете хранить тайну и дальше?
-… Как бы то ни было, раз уж случай свел нас вместе, давай проживем это время без разногласий.
— Я всегда был послушным слугой и покорялся вашим приказам. Так что я теперь готов, как и всегда!
— Да? Ты не будешь колебаться?
— Нет. Я ведь вам обязан жизнью. Если бы не ваша хитрость и храбрость, я давно бы сгнил в тюрьме Сантонии.
— Ты помнишь эти дни?
— Я это помню, как будто это было вчера. О, это было неслыханно! Кто бы мог подумать, что вы не генеральный инспектор тюрем, чтобы давать указания освободить меня?
— Да, знаю. Но игра продолжается. Дело в том, что тогда я рисковал своей жизнью, и вовсе не для того, чтобы спасти свою, — откровенно заявил авантюрист, проводя рукой по лбу, словно отгоняя тягостные воспоминания.
— Я знаю, но не поэтому я должен быть еще больше благодарным вам! Итак, вы хотели, чтобы я помог вам найти вашу маленькую девочку, трехлетнюю малышку, чье местонахождение я обнаружил за несколько дней до ареста.
— Ты узнал тогда его. Когда ты сообщил мне в своем письме, я думал, что схожу с ума от радости, поэтому, как только я узнал о твоём аресте, меня пронзила неописуемая боль. Твое заточение означало конец моим надеждам, смерть моих иллюзий, лелеемых с таким восхищением.
— Ах! Ради нее я бы восстановил своё честное имя, я бы стал другим, и завоевал бы женщину, чья любовь искупила бы и мои грехи тоже…
Вспоминая, всё это, лицо Маркиза де ла Сельвы стало печальным.
Слуга не осмелился прервать повисшее молчание, ожидая, что ещё скажет маркиз.
— Все наши поиски оказались безуспешными, — продолжал Маркиз. — Впервые в жизни судьба измывалась надо мной, она была сильнее моей воли…
— В общем, мы не нашли ни дочери, ни матери, — добавил Маркиз.
— Господин маркиз, прошло с тех пор около двадцати лет, и сегодня я повторю вам те же слова.
Вы помните хотя бы, как они выглядят?
Маркиз продолжал:
— Мать должна знать, где находится её дочь. Ты, Хосе, должен её похитить, а потом угрожая ей смертью, она все и расскажет. Я уверен, дочь миссис Реймонд не могла умереть.
— Я последовал вашему совету, но сначала все мои поиски оказались бесплодные и я так же не нашел матери!
— А потом?
— Тоже самое, но вот четыре месяца назад, когда я был в своей стране Индии, богиня удачи вложила в мои руки разъяснение.
— Кого ты имел в виду, говоря о какой-то Мисс Рэймонд?
— Ах! Вы не представляете, как богата жизнь фантастическими сюрпризами, — сказал слуга, заметив, что на лице графа красовалось любопытство.
Маркиз собрался с мыслями и сделал свои выводы, продолжив за Хуана Хосе:
— Мне что-то кажется, что Реймонда было фальшивое имя, и под ним скрывался один почти разорившийся английский дворянин, хотя и очень известный своими археологическими исследованиями. Ты это хотел сказать?
— Да, господин маркиз. Я многому научился с тех пор, как мы перестали видеться. Археолог — это тот, кто изучает древние памятники. Так что, да, мисс Реймонд — это вымышленное имя. Она была единственной женщиной, в которую вы когда-то были влюблены, и она в то время в Севилье поселилась с единственной целью-изучить Арабские памятники.