Она быстро зажгла свечу и поднесла письмо к свету.
Она не ошиблась.
Тотчас же под видимыми чернилами, можно было разглядеть другие буквы.
«Завтра ваш Тигр будет ждать вас на лондонском мосту с десяти до одиннадцати вечера.»
На лице Офелии появилось недовольное выражение.
Но потом, поразмыслив, она решила смириться и подчинится.
Она не могла вот так отказаться.
Она видела себя рабыней этого человека, с которым была связана цепью преступлений.
И так будет всю жизнь?
Неужели все её амбиции, ее желание блистать в мире, ограничились бы лишь быть просто щепкой этого вульгарного бытия.
Коварная улыбка играла на ее губах, и Офелия пребывала в такой глубокой задумчивости, что туманный и холодный рассвет застал ее врасплох одетой, свернувшейся в кресле, заставив её проснуться.
Глава 46. Адское коварство. Часть 1.
— К вашим услугам маркиза, — сказал директор «Гранд-отеля», кланяясь Офелии, которая послала за ним буквально минуту назад.
— Не смотря на боль, которая переполняет мою душу, я также подумала о ваших интересах, — начала она.
Директор был немного озадачен.
Умный и интеллигентный мужчина, он не испытывал недостатка в своевременном и оперативном ответе, но в этом случае он не мог не признать, что не может найти подходящих слов, чтобы что-то ответить.
Правда, в глубине души он думал, что, возможно, мозг красивой вдовы функционировал не совсем нормально.
Заметив его недоумение, Офелия добавила:
— Пожалуйста, будьте так добры присаживайтесь, сэр.
Как только он сел, директор сказал:
— Я слушаю вас очень внимательно, маркиза.
— Я говорила с вами о ваших интересах… пострадавших от ужасного преступления, жертвой которого стал мой муж.
Офелия поднесла носовой платок к глазам, чтобы вытереть слезы.
— Безжалостное преступление, сеньора, — ответил директор гортанным голосом, лишенным эмоций.
Далее он заявил, что на него глубоко повлияло высокое положение жертвы… а также дискредитация, которая может быть нанесена гостинице.
Впервые «Гранд Отель» появился в колонках прессы по случаю такого события.
— Но во всем виноват глупый управляющий. Я уволил его, мадам, я уволил его.
— И почему он виноват?
— В том, что принял на работу горничную в отель, которая способна… совершить убийство. .
Офелия закрыла глаза, чтобы скрыть радость, которая светилась в них, затем она печально покачала головой и сказала:
— Вы имеете в виду Соледад де Орбиго? — спросила она.
— Естественно! Кто, кроме нее, мог совершить это ужасное убийство? Вы сами… обвинили ее.
— Да, я сама ее обвинила… но это был момент исступления… Теперь я буду очень осторожна, чтобы бросаться подобными обвинениями, сказанные в мгновения безумия. Мне кажется, что подобные жестокие поступки так противоречит женским манерам!
Директор воскликнул:
— Черная хроника газет каждый день сообщает о преступлениях на почве страсти, и именно к этому разряду относится это, когда пролилась кровь в одном из номеров отеля. В газетах так и пишут.
— Как! — воскликнула Офелия, охваченная эмоциями. — Пресса уже сообщает…
— Вы не знали об этом?
— Нет, сэр. Я бы не подумала осквернить свою безмерную боль, отвлекаясь на чтение газет. Я вот решила, что нужно предложить награду в 20,000 фунтов тому, кто найдет этого негодяя…
— Не нужно! — воскликнул директор. — Смотрите!
И в этот же момент он показал колонку в газете «Daily MaiL», развернув перед глазами Офелии:
ПРЕСТУПЛЕНИЕ В «ГРАНД-ОТЕЛЕ»
НАДЕЖНАЯ ЗАЦЕПКА. МОЖНО ПОЧТИ УТВЕРЖДАТЬ, ЧТО
ГОСТИНИЧНЫЙ ВРАЧ ПРИЗНАЛ, ЧТО ЕГО ПАЦИЕНТКА — УБИЙЦА И СЕЙЧАС НАХОДИТСЯ В ТЯЖЕЛОМ СОСТОЯНИИ
— Боже Мой! — пробормотала коварная женщина, — значит, мои предчувствия не обманули меня! И подумать только, что мои родители вытащили ее из бездны порока в раннем детстве!