— Госпожа Маркиза, судьбу людей никто не может изменить! Особенно, когда речь идет о судьбе подобной преступницы.
— Так оно и есть, к сожалению. Где бы она не появлялась, всегда случается какая-то трагедия. Итак, она призналась?
— В газетах об этом не пишут. Но вполне возможно, что рано или поздно она сознается в этом.
— И как это просочилось в прессу?
— Даже не знаю. Должно быть, это был не следователь… Но поскольку это такое сенсационное событие, то эта газета не пожалеет сил, чтобы узнать о ходе расследования. Иногда эту информацию обычно предоставляет сама полиция. Вы же знаете, что всё можно сделать с помощью денег.
— Да, и именно поэтому я решила наградить того, кто сможет найти убийцу…
— Неплохая идея. Однако я советую вам подождать несколько дней. Тем временем горничная сама может признаться в содеянном.
— Она арестована и без связи с внешним миром?
— Нет, госпожа маркиза.
— Так где же она?
— Здесь… увы.
— Здесь, в гостинице? Я думала, ее держат в тюремном лазарете.
Директор понизил голос, насколько мог, словно боялся, что у стен есть уши, и пробормотал:
— По просьбе аристократической дамы, которая остановилась здесь в отеле, судебные органы согласились, чтобы она осталась здесь.
— Дама из высшего общества защищает девицу! — воскликнула Офелия с сарказмом. — Кто она такая? Как ее имя?
— Я не могу назвать её имя… Даже и не знаю.
Директор, когда соврал, покраснел как мак.
Офелия посмотрела на него таким соблазнительным взглядом, что он едва ощутил в себе достаточно сил, чтобы промолчать.
Есть женщины, которые одним взглядом могут сделать из мужчины героя или злодея!
— Я буду молчать! — настаивала она, — Как зовут эту даму?
Директор отвел глаза от соблазнительных глаз, чтобы не сдаться.
— Не знаю, Маркиза, не знаю, — ответил он сдавленным голосом.
— Клянусь памятью о моем любимом муже, я никому не скажу, что вы доверились мне, — пообещала Офелия. — Кроме того, я щедро вас вознагражу за вашу доброту.
— Это Леди Гамильтон, — сдался директор, густо покраснев.
Руки Офелии судорожно дернулись.
— Но почему эта дама так интересуется женщиной, которую подозревают в бесчестии?
— Возможно, это порыв милосердия. Эта почтенная дама - основательница приюта для детей-сирот.
— А-а, — задумчиво протянула Офелия. — Затем она спросила:
— Леди Гамильтон очень богата?
— Да, госпожа Маркиза, — ответил директор. - Она сказочно богата, или, вернее, старый лорд Гамильтон, ее муж, не стал бы беднее, если бы разбрасывал золото целый день по улицам Лондона.
— А Леди Гамильтон тоже преклонных лет?
— Нет, мэм. Миледи чуть больше тридцати лет, и она самая красивая женщина в Англии; она так же прекрасна, как и вы.
«Да, — подумала Офелия про себя. - Такая же красивая, как я, и такая же амбициозная. Она искала в браке власть и богатства, как и я.»
После короткой паузы, которую она использовала, чтобы об этом подумать, произнесла вслух:
— Я очень благодарна вам за вашу доброту, господин директор. И прежде чем вы уйдете, я должна вас отблагодарить, и заплатить сумму, которую должна в качестве компенсации. Приехав сюда, ведомые роковой судьбой, мы нанесли отелю огромный ущерб. Будет справедливо, что если я заплачу за это.
— Принять ваше великодушное предложение было бы позором! Нет, сударыня, если хорошенько подумать, мы больше виноваты в той боли, которая сейчас вас мучает.
— Ваши слова окажутся правдой, если горничная окажется виновной.
— Наверное, так и случится. Я вам еще не говорил, но между двумя врачами, которые осматривали вашего несчастного мужа есть некоторые расхождения…
— Да? - удивилась Офелия, вздрогнув.
— Да, Маркиза. Первый врач, осмотревший его, пришел к выводу, что причиной смерти могла быть женщина. Но второй, который является моим другом…