Ерохин не ответил сразу. Отвёл глаза, посмотрел на реку — туман над ней редел, проступали силуэты деревьев на том берегу.
— Я не знаю. — Голос тихий, честный. — Но если Москва присылает такой груз сюда, к вам, на самую границу…
Он не договорил. Не надо было.
— Разгружайте, — сказал Демьянов. — Сержант Лисицын!
Ящики сгрузили в крытый окоп за штабной землянкой. Место надёжное — бревенчатый накат, земляная обсыпка, от дождя и осколков защитит. Демьянов стоял над ящиками, смотрел. Лисицын рядом, молчал, ждал приказа.
Длинные, деревянные, с трафаретными надписями: «Осторожно», «Не кантовать», «Вскрывать в присутствии командира». Пахли свежим деревом и машинным маслом. Новые. Всё новое.
— Открывай.
Лисицын поддел крышку штыком, налёг, гвозди заскрипели, вышли. Откинул доски.
Внутри, в промасленной бумаге, лежали они. Карабины. Демьянов взял один, развернул бумагу осторожно, будто боялся повредить. Первое впечатление — лёгкий, легче мосинки. Приклад деревянный, тёмный, ложится в плечо как влитой. Ствол короче, чем у винтовки. Магазин изогнутый, отстёгивается одним движением. Затвор ходит мягко, без заеданий. Он приложил к плечу, прицелился в стену. Баланс хороший — не тянет ни вперёд, ни назад. Мушка ясная, целик с регулировкой на дистанцию.
— Что это за зверь? — спросил Лисицын.
— Карабин Симонова. СКС. — Демьянов повертел оружие, нашёл клеймо на ствольной коробке. — Ковров, завод номер два.
— Не слышал о таком.
— Никто не слышал. Опытная партия.
Он отложил карабин, открыл второй ящик. Патроны россыпью. Взял один, покрутил в пальцах. Короче, чем винтовочный, толще, чем пистолетный. Гильза латунная, блестит.
— Патрон. Между винтовочным и пистолетным. Для ближнего боя, чтобы на двести метров доставал, но чтоб отдача не ломала плечо.
Лисицын взял патрон, покрутил, понюхал зачем-то.
— Хитро придумано.
Третий ящик самый большой. Он открыл его, и на секунду замер. Трубы. Железные, с раструбом на заднем конце и простейшим прицелом сверху — две планки, мушка и целик. Рукоятка деревянная, сбоку, под правую руку. А рядом, в отдельном отсеке гранаты. Тупоносые, тяжёлые, с медным блеском внутри головной части.
— Это ещё что? — Лисицын вытянул шею, заглядывая через плечо.
— Противотанковый гранатомёт.
— Против… чего?
— Танков.
Лисицын замолчал. Демьянов видел, как он переваривает информацию — лицо менялось, глаза расширялись.
— Из трубы по танкам?
— Выходит, так.
Он взял гранатомёт, прикинул вес. Три кило с небольшим, может меньше. Граната ещё под два. Всего пять. Один человек унесёт спокойно, и останется место для подсумков и вещмешка.
В ящике лежала инструкция — два листа, отпечатанных на машинке, с чертежами и схемами. Он развернул, пробежал глазами. «Гранатомёт РПГ-40 предназначен для поражения бронированных целей на дистанции 50–70 метров. Бронепробиваемость — до 60 мм гомогенной брони. Принцип действия — кумулятивный (см. схему). При детонации медный конус схлопывается, образуя металлическую струю со скоростью до 10 км/с. Время обучения расчёта — 1–2 дня. ВНИМАНИЕ: при выстреле не находиться позади раструба — опасная зона 5 метров».
Два дня на обучение. Пятьдесят метров до танка. Шестьдесят миллиметров брони. Он помнил цифры, немецкие «тройки» — лоб сорок-пятьдесят миллиметров, борт тридцать. «Четвёрки» — чуть толще, но ненамного. Чешские трофейные и того меньше. Шестьдесят миллиметров пробития. Значит, в борт насквозь. Это хорошо.
— Товарищ майор, — медленно сказал Лисицын, — это что же получается… Теперь любой боец может танк подбить?
— Если подпустит на пятьдесят метров и не промахнётся.
— Пятьдесят метров до танка — это…
— Очень близко. Я знаю. — Демьянов положил гранатомёт обратно в ящик. — Поэтому давать будем не любым бойцам. Только тем, у кого выдержат нервы. Кто не побежит когда эта махина поедет прямо на него.
Глава 29
Оружие 2 часть
К полудню туман рассеялся, солнце поднялось, стало жарко. Демьянов собрал двадцать человек — отобрал сам, по одному, из каждого взвода. Лучшие стрелки, самые спокойные, самые упрямые. Построил на поляне за рощей их импровизированное стрельбище, с земляным валом и дощатыми мишенями. Ящики с оружием стояли рядом, накрытые брезентом.
— Слушать внимательно, — начал Демьянов. — То, что я сейчас покажу секретное оружие. Опытная партия, таких во всей армии может, сотня. Нам дали двадцать карабинов и двадцать гранатомётов. Почему именно нам не знаю и знать не хочу. Но раз дали будем учиться. Быстро.