— Ты думаешь я бы не сообщил тебе об этом? — потёр Гаранин лоб, отворачиваясь от замолчавшей целительницы.
— Мы взяли повторные анализы, и они противоречат тому, что было изначально. Да, мы трижды брали у неё кровь, и трижды были противоречивые результаты. Сначала они показали, что она вообще не болеет, и я подумала, что у неё мнимые симптомы, ну такое бывает на фоне стресса, — она обвинительно ткнула Романа пальцем в грудь. — Когда у Ванды началось кровотечение, мы увидели, что она очень даже болеет и шанс, что выживет, был нулевым. А сейчас я вижу такой иммунный ответ, что даже тебе не снился. Её организм не просто сопротивлялся вирусу, он его уничтожал с невероятной скоростью. Сейчас у Ванды осталась лишь сильная слабость, как после тяжелейшей болезни, но все витальные функции в норме. Она просто спит. Восстанавливается, — выдохлась Ахметова и замолчала.
— И ты не знаешь, что с ней произошло? — поинтересовался Роман, полностью приходя в себя.
— Это самый интересный вопрос, на который у меня нет ответа! — Ахметова развела руками. — Мы будем разбираться долго и нудно, возможно, запрём её в подвале и начнём глумиться над её телом, представив это в виде научных изысканий. А если серьёзно, мы проверили Ванду на всё, что только можно было в этих условиях и ничего не нашли. Я даже подумала, что она может быть… неважно, всё равно ничего не подтвердилось, — махнула она рукой. — Рома, а что ты знаешь о её семье? В ней не было никого из Древнего Рода? Только это могло бы объяснить подобное.
— Нет, — покачал Рома головой. — Я ничего не знаю о её деде по матери, а кроме него никто точно не являлся представителем не то что Древнего Рода, даже обычной неодарённой аристократии.
— Ну что ж. Значит, пока этот случай остаётся загадкой. Ладно, иди к ней, а у меня очень много работы. Нужно заняться Вадимом, пока ещё есть шанс его вытащить.
— Что с остальными? — поинтересовался Гаранин, начиная думать не только о своих личных проблемах.
— Все стабильны, кроме Вадима, так что время у нас пока ещё есть, — с этими словами она вышла, оставив его одного в пустой комнате.
Рома глубоко выдохнул, окончательно принимая тот факт, что Ванда жива, и его мало интересовало, что именно послужило такому странному и поистине чудесному спасению.
Он медленно поднялся по лестнице на последний этаж и, открыв дверь, тихо вошёл внутрь своих личных апартаментов.
В большой кровати, укутанная в несколько одеял, спала Ванда, дыша тихо и ровно. Никаких следов болезни, кроме едва заметных пятен, оставшихся от кровоточащих язв, не было заметно.
Рома открыл шкаф и, стянув с себя неудобный комбинезон, переоделся в запасную одежду, после чего тихо подошёл к кровати и лёг рядом с ней, не решаясь прикоснуться, чтобы не разбудить.
Напряжение последних часов отпустило его, давая место сильной слабости и усталости. Он даже не стал противиться накатывающей сонливости, просто закрыл глаза, проваливаясь в глубокий беспокойный сон.
Глава 9
Я потянулся и отложил книгу, посмотрев на Эдуарда. Брат в этот момент отпустил дар, из-за которого в комнате было немного некомфортно находиться. Всё-таки у тёмной энергии есть огромный недостаток — когда её призывает тёмный маг, вокруг становится очень холодно.
— Ну что, получилось? — спросил я, рывком садясь на диване и потягиваясь.
— Да, — ответил Эд и покрутил в руке браслет, состоящий из нанизанных на серебряную цепочку небольших драгоценных камней. Камни располагались в строгой последовательности, через строго выверенные промежутки, известные пока только их создателю. — Не понимаю, в чём была проблема у наших умников?
Он бросил браслет на стол и поднял пробирку с кровью, посмотрев её на свет.
— Она за столько времени не свернулась, — сказал он, разглядывая кровавые потёки на стекле так, словно они могли дать ответы на все интересующие его вопросы.
— О, я никогда не забуду выражение лица Маргариты Владимировны, когда она отдавала тебе пробирку, — я негромко рассмеялся. — Никогда ещё не видел такого злорадства.
— Наверняка она почувствовала себя выигравшей в лотерею, — Эд поморщился, поднялся и прошёлся по комнате, разминая немного затёкшие мышцы. — Не каждый день можно увидеть Лазаревых практически в клетке. Когда нас отсюда выпустят?
— Как только мы перестанем выделять этот проклятый вирус, — ответил я, подходя к столу и беря в руки цепочку. — Красиво. Как он работает? Полностью меняет внешность?